Корпорация "Русь"

Да и мы находимся в весьма плохо освоенном регионе, тут позиции православия в частности, да и христианства в целом очень слабы. А свободных ресурсов у Патриархата нет. Он и так на ладан дышит. Через раз.

— Кхм…. Но зачем НАМ это?

— Честно говоря, не очень. Я хоть и атеист, но я православный атеист.

— Как и все мы. Поверь — это решение далось мне не просто. Но, во — первых, православным священникам я не доверяю. Вообще. Как, впрочем, и любым другим священникам. Во — вторых, не думаю, что мы что‑нибудь выиграем, оставшись на стороне Никеи.

На дворе XIII век. Мы — никто и звать нас никак. Не мы с тобой конкретно, а Русь. Дикие варварские земли где‑то на окраине Европы, в глазах большинства наших соседей.

— И поэтому ты хочешь перейти в католичество? — Усмехнулся Иван.

— У нас есть три пути. Первый — сохранить православие. То есть, оставить эту пятую колонну внутри государства. Как показала практика, обособляй их или нет, разницы никакой. Они предадут нас при первой возможности, достаточно посулить им что‑нибудь вкусное и ценное.

Им нет доверия.

— Это я понимаю, — неохотно кивнул Иван. — Хотя внутри меня и кипит раздражение. Грубо говоря: 'пусть оно и говно, но мое, родное'.

— Ясное дело, — усмехнулся Георгий. — Иного и не ждал. Второй путь — создание новой религии. Поправь меня, если я ошибаюсь, но мы не потянем это дело. Ни ты, ни я, да и никто из нашей команды.

— Да уж… святоши из нас неважные.

— Вот — вот, — кивнул князь. — Остается только третий путь — принять иную религию на своих условиях.

То есть, привлечь к этому делу уже готовых специалистов. Сам понимаешь — не лучший вариант, но, к сожалению, построить светское государство сейчас не получится. Не поймут. По религиям выбор у нас не велик, ведь опираться мы можем только на мировые религии, причем, территориально близкие. Везти с другого конца планеты тех же китайцев для продвижения конфуцианства, не очень разумная идея. Собственно варианта у нас два: либо католицизм, либо суннизм. Лично я как‑то к исламу не расположен. К любому. Да и для государства эта идея неудачная из‑за идеологической специфики. По большому счету, мне там нравится только идея многоженства. Но ради этой малости связываться с ними чревато. Думаю, ты со мной согласишься. Любой католик нам с тобой намного ближе мусульман.

— Мда. Выбор? — Хохотнув, поинтересовался Иван. — И ты называешь ЭТО выбором?

— Человек слаб, — невозмутимо пожал плечами Георгий. — Чем меньше вариантов, тем проще ему выбирать.