Корпулентные достоинства, или Знатный переполох. Дилогия

Я потянулась, еще немного понежилась и решила, что совершенно счастливой меня сделает сытный завтрак. Ужин я неосмотрительно пропустила, и потому желудок страстно требовал положить в него хоть что-нибудь! Даже проурчал для убедительности.

О том, как все закончилось вчера, я не переживала. В какой-то момент муж успел меня заверить, что по поступающим данным бунт практически полностью подавлен. Это хорошо отложилось в памяти, потому что было для меня крайне важным. Всплывшая перед глазами картинка раненых и убитых прямо под окнами солдат чуть не просадила мое хорошее настроение в ноль, но я твердо решила, что не буду впадать в уныние.

Ведь Господь подарил мне новый день и сохранил жизни тех, кто был мне по-настоящему дорог! Да, есть пострадавшие и погибшие, но ведь все было не зря, и мы отстояли себя и свое государство! К тому же кто его знает, каким будет наше завтра? А потому нужно радоваться тому, что есть сегодня! Это не значит, что я закрою на все плохое и неприглядное глаза. Нет! Напротив, сделаю все, чтобы такого больше не повторилось, но все же буду дорожить каждой прожитой минуткой. Почему-то смерть, которая привела меня в этот мир, этому не научила, а вот вчерашний бой на грани смерти — да.

Не успела я встать, как рядом тут же появилась Марфа, моя личная служанка, которую еще по осени разрешили забрать с собой из дома, и которая была рядом во время всего зимне-весеннего вояжа.

— Здравствуй Марфа! — обрадовалась я.

— Здравствуйте, госпожа! Как же я рада, что с вами все в порядке! Мы за вас с царевной так переживали! — она тут же усадила меня на пуф напротив трюмо и начала расчесывать мои непослушные рыжие волосы.

— Уже все хорошо! — заверила я ее. — А как все остальные? Когда вы прибыли во дворец?"

"— Так сегодня раненько утром и прибыли. Мы же в Москве еще вчера вечером появились, только нас на въезде перехватили и до особого распоряжения во дворце сказали не появляться.

А уже утром снова нарочный прибыл и передал, чтобы все, значится, во дворец ехали. Ваши подруги рвутся с вами пообщаться! — и почему-то перешла на шепот. — А тут такие слухи! Такие слухи ходют! Никто из придворных из своих комнат и носу не кажет, зато среди слуг чего только не услышишь!

— И что говорят-то? — я встретилась с ней взглядом в зеркале и задала вопрос тоже отчего-то шепотом.