Разбудил их какой-то шум в четыре часа утра, когда небо начало светлеть и горизонт засветился малиновой полосой. Сначала послышалось знакомое тумм-тумм-тумм, от которого сотрясалась земля и пол хаты, а затем раздались гул вертолетных винтов, грохот моторов, человеческие голоса, звуки команд.
Набросив на себя халаты, подруги выскочили в сад, заливаемый светом прожекторов вертолета и бронетранспортеров, и увидели возвышавшуюся над яблонями и грушами фигуру Мутика, блистающую чистым золотом.
Их заметили.
– Эй вы, двое! – заревел в мегафон чей-то голос. – Немедленно очистите территорию! Уходите оттуда, быстро!
– Черта с два! – ответила Марина выразительно, медленно подошла к гиганту, глядящему на нее сверху вниз; в настоящий момент оба торса Мутика соединялись в одно тело, видимо, ему так удобней было передвигаться.
– Уйдите из сада! – снова заорал мегафон. – Вы мешаете провести военную операцию! Эй, кто-нибудь там поближе, уберите женщин!
– Привет, Мутик, – проговорила Марина со странной нежностью, несколько покоробившей Алевтину.
– Что ты задумал? Зачем ты вышел из леса? Что ищешь возле реактора?
Двутел замер, продолжая глядеть на девушку, внезапно разделился на две половины. Одна его голова оглянулась, всматриваясь в цепь солдат и бэтээров, охватившую деревню кольцом, вторая стала приближаться к Марине.
– Сейчас же уходите оттуда! Будем стрелять! – надрывался мегафон. – Он вас сейчас покалечит! Немедленно бегите!
– Заткнись! – сказала Алевтина в перерыве между словами.
Мегафон умолк. Стихли крики, замолчали моторы машин, только стрекот вертолета нарушал тишину.
Сдерживая дрожь в коленях, Алевтина шагнула к подруге, стала за ее спиной. В этот момент чешуйчато-пластинчатая морда Мутика опустилась совсем низко, вплотную к девушкам, глаз великана налился желтым сиянием, и все поплыло перед глазами Алевтины.
Когда она пришла в себя, двутела уже не было в саду. Удалился и гул вертолета, а также грохот двигателей военных машин.
Алевтина поняла, что ее поддерживают под локоть, посмотрела на Марину.
– Ну что, оклемалась? – улыбнулась та. – Как самочувствие?
– Нормально, только голова слегка кружится.
– Пройдет. Мутик не рассчитал дозу.
– К-какую дозу? – заикаясь, спросила Алевтина, позволяя вести себя к дому, на пороге которого тихо причитала и крестилась баба Варя в белой рубахе.
– Он передает мысленные образы, хотя и не всегда понятные. Я уже привыкла, а тебя, видно, повело.
