Двутел без усилий всунул лапы в бетон, постоял так немного, продолжая искрить и играть электрическим сиянием, затем погас и перетек из положения «спиной к наблюдателям» в положение «лицом». Он не поворачивался, как это делает человек, а именно перетек, как бы вывернулся сам в себе, и направился прочь от реактора.
Из сотен грудей вырвался одновременно облегченный вздох. Радовались работники станции, ликвидаторы, строители, инженеры, наблюдатели, солдаты. Пашкин с утомленным видом вытирал лицо. Оселедец шумно отдувался, сморкался, вытирал потное лицо, тоже достав громадный клетчатый платок, чувствуя острое желание зайти в туалет.
Радовались Марина и Алевтина, видевшие всю драму на экране телемонитора, установленного в кабинете главного инженера станции, который командовал бригадой ликвидаторов.
Не радовался только подполковник Сидорович, которому не удалось показать всю мощь своего спецподразделения.
Когда двутел скрылся в рыжем лесу на западе от реактора, раздался чей-то изумленно-сдавленный вопль:
– Стена! Смотрите!.
.
Телекамеры сфокусировались на том участке стены, возле которого стоял Двоерыл, и все увидели две глубокие дыры в бетоне. Гигант действительно продавил стену в этом месте, словно она была не из бетона, а из пластилина.
Пашкина едва не хватил удар. Побледнев до синевы, он дотянулся до телефона, просипел:
– Серый, кто там поближе?! Как сильно нарушен изоляционный слой? Какая там радиация?!
– Похоже, он пробил стену на всю толщину! – донесся голос главного инженера.
– Но выброса нет. Вообще ничего нет. Радиация равна нулю!
Директор станции дико посмотрел на потекшего зампреда Верховной Рады, пошевелил губами:
– Сидоровича на связь!
Подполковник откликнулся через минуту:
– Преследую мутанта. Направляется в сторону запретной зоны номер три. Могу нанести бомбовый удар.
– Не надо. Просто следуйте за ним, замеряйте фон. Полковник, вы что-то там рассказывали о девушках, якобы первыми открывших это чудовище. Где их искать?
– В деревне Тепловке.
– Спасибо. Найдите и доставьте обеих сюда. – Пашкин выключил радиотелефон, посмотрел на Оселедца. – В нашем положении не следует пренебрегать ни малейшим шансом. А ведь его надо изучать, Петр Яковлевич. Явление действительно сногсшибательное.
– Нехай його вовки зучають, – отмахнулся Оселедец. – Колы вин знову на реактор полизе…
– Понял. За безопасность станции отвечаю я. Что ж, пусть ваши гэбисты помогают, чем могут.
