Да и у человека мозг есть не орган мышления, а орган выживания, как клыки и когти – по образному выражению одного ученого [12].
Тихоня-Равана шагнул дважды: левая передняя лапа – правая средняя – левая задняя, затем правая передняя – левая средняя – правая задняя. Складывалось впечатление, что он что-то вынюхивает в россыпях камней, изредка оглядываясь на седоков. Его собрат Стрелок-Индра «пасся» в километре отсюда, но далеко не отходил. Грозное свое оружие – грайзер он теперь применял редко, хотя в первое время лупил лучом по любой движущейся цели вроде бэтээра или военного вертолета, справедливо относя их в разряд личных врагов.
В наушниках рации раздался голос дежурного связиста:
– «Тюлени», как дела? Что-то вы притихли.
Алиссон вспомнил, где находится, переключил диапазон связи.
– Нормально дела. Через полчаса запустим систему, пусть коллеги готовятся к приему информации.
– Они давно готовы. Осторожнее, док, не сорвитесь.
– Типун тебе на язык! – проворчал Кемпер.
«Драконолазы» принялись за работу.
В течение сорока минут они установили на спине Тихони и на шее, за кружевным «воротником» высотой в десять метров, десяток датчиков и включили их в единую сеть анализирующего комплекса. После этого Алиссон принялся колдовать с прибором, о котором не говорил никому, боясь, что засмеют. Прибор этот назывался анализатором пси-информации и представлял собой нечто вроде миниатюрного детектора лжи. Он регистрировал до десятка параметров человеческого тела, в том числе электромагнитные поля, ауру испарений и звуков и «пакеты» биоизлучений.
Палеонтолог хотел сначала убедиться сам – излучает ли суперзавр биоволны, мысленный фон, так сказать, а уж потом докладывать об этом координационному совету. Норман был уверен, что ажурный костяной нарост – «воротник», вздымающийся над головой панспермита трехзубой короной, является на самом деле антенной, а то и комплексом антенн.
Кемпер с любопытством понаблюдал за его действиями, глянул на часы.
– Ну что, пошли? Я есть хочу, а нам еще топать и топать до лагеря.
В следующий раз возьмем велосипеды.
Алиссон на шутку не отреагировал.
– Подожди, я тут проверяю одну идею. – Он, пыхтя, взобрался на шею Тихони. – Если… этот гребень – антенна, как я считаю, то прибор… должен… сработать.
– То говоришь, что драконы неразумны, то пытаешься поймать их пси-излучение. С таким же успехом можно просто позвать его и мысленно спросить, разговаривает ли он по-английски.
В тот же миг Тихоня изогнул шею и глянул на людей в упор.
