– Что с вами, Морис? – обернулся Толендаль, удивленный поведением полковника.
– Он не уйдет отсюда, – одними губами ответил Леко. – Нечего даже и пытаться уговорить его.
– Почему вы так думаете?
– Уверен.
– Франсуа, – вдруг позвала Натили слабым голосом.
Оба подскочили к ней, глядя на застывшего напротив гиганта, разглядывающего людей с каким-то странным выражением глаз. Эти глаза спрашивали, предостерегали и как бы плакали, налитые чужой, нечеловеческой тоской.
– Он хочет… чтобы мы ушли, – со слезами в голосе продолжала девушка.
– И еще он хочет, чтобы мы нашли какого-то наездника и сообщили ему об Ифалиуке.
– Что за наездник? – осведомился Леко. – Как выглядит? Как динозавр?
– Нет, – покачала головой Натили. – Он такой… два туловища на одной… на одном… но две ноги…
Полковник снова вспомнил свое видение. Неужели два одноруких всадника на динозавре – на самом деле один двутелый и двухголовый урод?!
– Понятно. Спроси своего приятеля, где искать этого наездника.
Натили, запинаясь, обратилась к Ифалиуку, но тот, не спуская глаз с людей, медленно погрузился в воду и скрылся в глубине воронки.
Леко только теперь заметил, насколько подрос «бог лагуны»: за прошедшие несколько дней его диаметр достиг не менее ста пятидесяти метров!
Натили беззвучно заплакала, глотая слезы, и Толендаль прижал ее к себе, хмуро поглядывая на воду.
– Ну и что теперь?
– Мне не поверят, – со вздохом ответил Леко. – Шансов спастись у этой одинокой твари нет.
– А если поискать наездника?
– Где вы будете искать его? На полигоне в Неваде вроде бы объявился какой-то громадный динозавр… но вдруг не тот? И как вы туда доберетесь?
– Подам рапорт… улечу в Австралию.
Оттуда – в Америку…
– Не успеете. Рене уже отдал приказ о подготовке к пуску ракеты с ядерной боеголовкой. Конечно, Несси питается радиацией, но вряд ли способен переварить сразу столько энергии, что порождает ядерный взрыв. Он просто лопнет, испарится…
– Значит, выхода нет?
– Я так не сказал.
Попробую уговорить штаб, но не думаю, что мне это удастся сделать. Для военных профи ваш скат – что бельмо на глазу, которое срочно надо удалить."
"Натили перестала плакать, плечи ее вздрагивали. Франсуа среагировал на слова Леко более спокойно, однако и у него испортилось настроение. Один полковник мыслил трезво и хладнокровно, сам удивляясь своему внутреннему позыву помочь необычной твари и тому состраданию, которое вызывала участь неземного исполина.
