Корсар

 — Раньше корабли ходили из Архангельска в обход Скандинавии, а сейчас порт там замерз, поэтому повезем имущество нашего царя в Нарву, а оттуда по суше — в Москву. Разве вы не слышали, что молодой московский царь Петр путешествует по Европе и гостит у английского короля?

— Что-то такое я слышал. Говорят, он очень богатый и жестокий, своим подданным чуть что головы рубит, — поделился знаниями о Петре Первом один из чиновников.

— И не только своим подданным, а всем, на кого рассердится, — предупредил я.

Именно за этим они и приплыли, а теперь пребывали в ступоре, не зная, как поступить. Датчане, конечно, без пиетета относятся к королевской власти, но ровно до тех пор, пока не нарвутся на нее.

— У тебя есть какой-нибудь документ, подтверждающий, что это подарки английского короля твоему? — нашелся эрудированный чиновник.

— Кончено, есть, — ответил я и предъявил им написанное под мою диктовку на английском и голландском языках обращение ко всем правителям государств с просьбой пропускать без задержек и досмотров имущество царя Московии.

— Не мог бы ты дать нам его на время, чтобы мы показали своему начальству на берегу? — попросил чиновник.

Я снизошел.

Они вернулись часа через два.

— Сейчас можете пройти без пошлины, но во второй раз придется заплатить, — передали они мне мудрое решение своего руководства.

Не помню, как возвращался Петр Первый из Западной Европы, по суше или по морю, но мне было бы интересно посмотреть в случае второго варианта, как датские чиновники требуют с царя пошлину за проход проливом Эресунн. Головы, наверное, не отрубил бы, но шанс добираться до берега вплавь у них бы наверняка появился. О чем я предупредил таможенников.

— Это не нам решать, — дипломатично заявили они и быстро убыли с судна.

Во время следования по Балтийскому морю несколько раз встречали суда, торговые и рыбацкие. Никто не менял курс, не пытался убежать. Я чувствовал себя котом перед витриной рыбного магазина. Впрочем, я знал, что скоро начнется война, и витрину вышибут. Вот тогда я и доберусь до рыбы, то есть до этих судов"

"В Нарве нам не обрадовались.