Жители ушли вслед за шведской армией, подпалив магазины шведской армии, в которых, по имеющимся у нас сведениям, хранилось до десяти тысяч пудов муки, масла, соленой селедки, табака и пять тысяч новых драгунских седел. В винном погребе королевского замка были продырявлены все бочки. Вино, перемешавшись, образовало слой в метр глубиной.
— Такой проклятый, злобный народ! — выругался в сердцах генерал-фельдмаршал Шереметев, увидев это безобразие.
По его мнению, нельзя обращаться с вином так же плохо, как с людьми.
— В аптеке много водки нашли, — утешил его полковник князь Мещерский.
Князей Мещерских, командующих драгунскими полками, двое, Петр и Никита. Они погодки, но похожи, как близнецы, поэтому многие, включая меня и главнокомандующего, путают их.
— Будем пить водку, — тяжело вздохнув, решает Шереметев, — а вино пусть пьет, кто захочет.
Захотели все солдаты и даже некоторые младшие офицеры, которым не досталось водки. Гужбанили четыре дня, разрушая на похмелье все, что можно было, и разоряя окрестности.
Некоторые отряды доходили до Нарвы и берега Финского залива. Затем подожгли уцелевшие дома в городе и пошли к Пайде или Вейсенштейну и дальше к Феллину — городу побольше Раковора, который располагался рядом с руинами замка Тевтонского ордена, бывшего одно время столицей ордена и разрушенного лет сто назад поляками, а теперь ставшего каменоломней для феллинцев. В городе был гарнизон из четырех пехотных и трех драгунских рот, который настолько стремительно драпанул от нас, что даже татары не смогли догнать, хотя знали, что вместе с солдатами отступают и богатые местные жители, унося с собой самое ценное.
Здесь генерал-фельдмаршал разделил армию на четыре части и отправил в разные стороны разорять и грабить. Моему корпусу из двух полков, как самому малочисленному или по какой-то другой причине, выделил юго-западное направление, частично пограбленное в прошлом году, но и самое безопасное. Первым полком командовал теперь уже полковник Магнус фон Неттельгорст, вторым — бывший командир первого батальона и премьер-майор, а ныне полковник Семен Кропотов.
Два других командира батальонов стали подполковниками, а четвертый — преьер-майром в полку Немчуры, как за глаза называли бывшего моего заместителя солдаты и офицеры. Соотвественно, на освободившиеся должности с повышением звания пошли другие офицеры, унтер-офицеры и солдаты.
В конце сентября мы, отягощенные добычей, пошли к Пскову. В этом году взяли больше, чем в прошлом, особенно скота и молодых женщин.
