Корсар

Рано утром, в шестом часу, царь, одетый в черную треуголку, из-под которой свисали длинные, черные и давно не мытые волосы, простой холщовый темно-коричневый кафтан голландского кроя, но с узким, так называемым, шведским воротником, черные кюлоты, потертые на коленях, и залатанные и давно не стиранные, белые чулки, начал обход позиций в сопровождении своей свиты и генералов и полковников нашей армии. Вышагивал длинными ногами, обутыми в грубые тупоносые башмаки, так быстро, что многие за ним не поспевали, особенно Шереметев.

Генерал-фельдмаршал был в кафтане, на котором вышит мальтийский крест. Лукавый царедворец знал за собой вину и пытался сыграть на необъяснимой любви царя к мальтийским рыцарям. Шереметьев был у них с дипломатической миссией, пытался зазвать в коалицию против турок, но у мальтозов силенок сейчас хватает только на защиту своего острова и нападение на мелочь пиратскую и османские прибрежные деревни, поэтому отделались посвящением царского посланника в командоры.

Петр Первый не повелся на мальтийский крест, сразу отругал Шереметева за то, что так далеко от города расположил свой лагерь и за неудачно выбранное место для апрошей:

— У меня под Нарвой обоз ближе стоит! Потому и результата нет.

Апроши ты где сделал?! Где посуше! А тут фортеция сильна, больверки с двойными фланками!

— Батюшка-государь, не вели казнить! — лебезил пятидесятидвухлетний Шереметев перед тридцатидвухлетним царем. — Где инженер сказал, там и нарыли. Я в этом деле не сведущ, на него понадеялся.

Зато апроши полковника Федора Балка царь похвалил:

— Вот здесь Коберт правильно все сделал! Только все равно фортеция в этом месте крепка, бомбы зря метали!

— Майор Коберт в другом месте предлагал, мы сами здесь выбрали, — заложил полковник Федор Балк, не уточнив, кто именно выбрал.

— И правильно сделали! — хлопнув полковника по спине, сказал Петр Первый. — Майор — человек знающий, но мягкий. Надо его послушать и выбрать лучший вариант."

"Затем мы переправились на оборудованном севернее апрошей пароме на противоположный берег реки, где нас поджидал на красивом вороном жеребце генерал-майор Николай фон Верден.

Когда паром приблизился к берегу, генерал-майор слез с коня и на коротких кривых ногах зашкандыбал навстречу царю.

— Ты апроши делал там, где майор Коберт сказал? — первым делом спросил Петр Первый.

— Не совсем. Грешен, не послушал его. Майор предлагал на сухом месте делать, а я в болото уже залез, чтобы поближе к крепости подобраться.