Корсар

Слуга Энрике расставил на столе серебряные блюдо с фруктами и кубки, которые наполнил испанской мальвазией из серебряного кувшина. Я был уверен, что китайцы не смогут по достоинству оценить кислые французские вина."

"— За здоровье Сына Солнца (так китайские императоры величают себя)! — предложил я тост и выпил первым до дна, после чего перевернул кубок.

Пусть думают, что такая традиция у моего народа, и следуют моему примеру. Впрочем, пить до дна за здоровье правителя — это принято во многих странах.

И военачальник, и евнух осушили кубки и перевернули их, как сделал я.

— Меня зовут Лан Тань, — представился военачальник. — Я здесь по распоряжению нашего императора Канси.

Имя не похоже на китайское. Наверное, маньчжур.

— Сановник Вэнь Да, — назвал свое имя и евнух.

Имя тоже вроде бы не китайское, хотя черт его знает, какие у них сейчас имена в моде, но разрез глаз явно местный.

— Я рад, что мои пушки заинтересовали великого императора, — сказал я на голландском языке.

Монах начал переводить. Не совсем правильно. Как я понял по акценту, родным его языком был испанский. Я повторил фразу на испанском. Монах радостно улыбнулся и быстро и более правильно перевел ее на китайский. Это не ускользнуло от Лан Таня и Вэнь Да.

Они переглянулись, и последний предложил мне:

— Мы можем позвать переводчика-китайца.

— Надеюсь, и этот справится, — сказал я.

— Наш император сейчас воюет с ойратами, и ему нужно много всякогооружия, — рассказал военачальник.

Ойратами или джунгарами китайцы называют западных монголов и союзные им племена, кочующие на территории будущей Монголии. Это, так сказать, окультуренные варвары, знакомые понаслышке с Конфуцием и не только. Есть еще дикие варвары, среди которых и русские, которые в большинстве своем (несколько русских, по заверению голландцев, служат офицерами в китайской армии) еще не прикоснулись к прекрасному и не размягчились душой и телом.

После чего в дело вступил евнух Вэнь Да. Он уточнил количество пушек, мушкетов и бочек с порохом и начал торговаться. Как догадываюсь, Лан Таню, воину-маньчжуру, торговаться было неприлично. Я приготовился к долгому и беспощадному процессу, но, к моему удивлению, евнух сравнительно быстро согласовал цены на все, что я привез. Договорились о бартере. Основную часть платы составляли специи и фарфор.