Кошечка для (дочери) герцога

Вот уж у кого точно никаких проблем в жизни…

— Посоветуйте, что мне делать дальше?

— Отнеси медальон Эду, пусть он думает, что ты просто решила с ним поиграться. Я ведь правильно понимаю, никто в доме не знает о твоей тайне?

— Нет. Только Нэнси.

— Хм. Тогда об этом уже знает каждый таракан. Но они, благо, ничего Эду не скажут. Советую продолжать скрываться. Нам нужно любыми способами оставить Эда на его посте главы ордена, как бы клан Глор не пытался этому помешать. Ноар очень разумный парень и отличается от предшественников.

Возможно, когда-нибудь Эд сможет придумать, как решить проблему с оборотнями, не истребляя их друг за другом.

— Если Эдвард может помочь в вопросе с оборотнями, возможно, Вам стоит показать ему свои наработки по этой микстуре? – я указала лапой в сторону склянок. – Он ведь тоже сильный маг. Сможет Вам помочь вместо матери.

— Всему своё время. Сейчас позиция Эда в ордене шаткая. Он младше многих своих подчиненных. Если его обвинят в связи с оборотнями, он быстро вылетит со своего места.

После чего туда посадят какого-нибудь идиота, который и дальше будет истреблять стаи, неугодные клану Глор, обходя стороной главных расовых убожеств.

— Как же сложно. Но я Вас поняла.

— Поди сюда, – любая просьба Сероборода звучала как военный приказ.

Я быстро прыгнула с одного стола на другой. Старик извлек из ящика небольшую веревочку и повязал медальон Эдварда мне на шею.

— Лучше так, чем в зубах таскать. А как будешь подходить к особняку Ноаров, просто перекусишь веревку.

— Спасибо.

Челюсть и правда знатно устала. Такой он, волчара, тяжелый.

— Давай, Яна, – огрубевшие пальцы коснулись моей головы, резковато, но приятно поглаживая, – иди и будь осторожна. А главное помни – хоть тебя и закинули сюда как фигуру чуть ценнее пешки, но такими темпами ты быстро доберешься до ферзя.

— Вы меня переоцениваете, – я говорила это, а сама не могла не подставить более удачное место на голове для почесушек.

— Возможно, – старик быстро убрал ладонь, хорошего понемногу. – Но хочется верить, что ты и правда поможешь Эду, как того и хотела твоя покровительница.

— Ой, перестаньте так называть эту ужасную ведьму, – я спрыгнула на пол и направилась к выходу. – Не знаю, чего она Вам наговорила, но на деле я просто проклята и вынуждена шастать тут в кошачьем теле, пока дома рушится моя настоящая жизнь.

— Это зависит от того, что считать настоящей жизнью.

Я обернулась. Старик смотрел мне в след с едва заметной ухмылкой на губах. Не нравится мне всё это.