Пряность я насыпала щедро – чайную ложку. Чтобы все, кто попробует мой торт, сразу понял, почему кардамон называют царём специй. Аромат и вкус кардамона невозможно перебить никакой другой пряностью, а попробовав выпечку с кардамоном, кажется, что во рту задул освежающий южный ветерок с лимонным, эвкалиптовым и имбирным привкусом.
Замесив тесто, я отправила его в холодную кладовку, чтобы масло не вытопилось, и занялась черносливом.
Достав косточки, я перетёрла мякоть в ступке, а потом – через сито. Добавила достаточно сахара, чтобы было сладко, но не приторно, кисло, но приятно, а не до оскомины.
"
"Потом я раскатала двенадцать тонких коржей и испекла их, зорко следя, чтобы они не зарумянились. В этом весь секрет «Винартерты» - белое рассыпчатое тесто, чёрная начинка. Из-за этого торт называют «Полосатая дама» - забавное, но такое подходящее название. И третья хитрость – торт должен простоять шесть часов как минимум, чтобы достигнуть настоящего вкуса. Я как раз посыпала верхний слой сахарной пудрой через ситечко, когда в кухню зашла Лоис – подвязывая фартук и позёвывая в кулак.
- Вы – ранняя пташка, барышня, - удивилась она. – Уже и состряпали что-то…
- Секретное оружие против тоски и скуки, - сострила я.
Торт был отправлен на холод, а Лоис приступила к приготовлению завтрака. Я немного поболтала с ней, и отправилась наверх, чтобы начать занятия с Марлен.
Я хотела работать по составленному плану, чтобы показать Огресту, что у меня всё чётко и по расписанию, но вместо этого мы с Марлен целый час рисовали полёт милорда Огреста на саночках с горки и хихикали, как девчонки.
Собственно, одна из нас и была девчонкой, но я не смогла отказать ни себе, ни своей ученице в удовольствии посмеяться над тем, что нас пугало.
Мы старались изо всех сил, вздрагивая и пряча рисунок при любом подозрительном шорохе, а когда зазвонил дверной колокольчик, Марлен даже взвизгнула, чуть не опрокинув стаканчик с водой.
- Кто-то пришёл, - сказала я, невольно прислушиваясь.
- Кто-то к дяде, - ответила Марлен, делая глаза нарисованному Огресту ещё больше.
Она даже высунула кончик языка от старания.
- В такую рань? – пробормотала я.
В этот момент дверь в детскую распахнулась, и на пороге возник герой нашего творчества – милорд Огрест.
- Доброе утро, месье, - я вскочила со складного стульчика, на котором сидела, и сделала книксен, растянув юбку и тем самым прикрыв столик с красками и рисунком.
- Вставать было необязательно, - сказал он, а потом спохватился: - Доброе утро.
