Кошмар на улице дачной

– Какой-то монстр этот Мурашов. И что? С тех пор этот тип живет под чужим именем?

– Да. Но каким, мы не знаем. Дело в том, что Маска вскоре после смерти тетушки и сам «погиб». Видимо, Мурашов раздобыл себе еще один комплект новых документов. И на рыбзавод он устроился по поддельным документам. Конечно, мы разослали запросы всюду, куда только можно, но у меня такое чувство, что этот тип играет с нами. Предвосхищает все наши шаги, всегда он впереди. Вот и на работу он сегодня не явился. Сделал звонок в отдел кадров и заявил, что увольняется и просит передать тем, кто его будет спрашивать, «до скорых встреч».

– Что это значит? Кому он эти «скорые встречи» обещает? Вам? То есть он планирует убить еще кого-то?

И Саша почувствовал, как в груди у него набухает большой холодный ком. Этот палач и убийца, для которого не осталось ничего святого, был у них с Генкой буквально в руках. Если бы тогда они не упустили Мурашова, он был бы надежно изолирован от общества и больше не смог никого убить.

– Я должен его найти! – произнес Саша пересохшими от волнения губами. – Должен! Это по моей вине похищены Рита и Павлик. Давайте думать, где этот гад может с ними укрыться?

Следователь согласился, а уж Генка и подавно. Он тоже не мог простить самому себе то, что упустил Мурашова. Думали они долго. Думали до обеда, во время обеда и даже после обеда, когда думалось тяжело и туго, все равно думали. Но ни к вечеру, ни ближе к ночи ничего толкового так и не надумали.

А известий о Рите с Павликом все не было. И с одной стороны, это пугало, а с другой, обнадеживало. В данном случае, отсутствие новостей означало, что Рита с мальчиком еще живы… Может быть.

Возвращение в поселок было самым печальным. Генка был просто убит всем тем, что с ним случилось. Да и Саша чувствовал себя не лучше.

– Наверное, к Рите домой. Ключи у меня есть. Буду там ждать… известий.

И Генка тяжело вздохнул. Плечи у него понурились.

И Саше было искренне жаль этого могучего гиганта, казавшегося совершенно сломленным свалившейся на него бедой. Похоже, Генка и впрямь очень близко к сердцу принимал все, что касалось Риты с Павликом. Сам Саша тоже чувствовал себя неуютно. Он приехал, чтобы помочь, а только еще больше все запутал. И теперь Саша чувствовал свою вину.

Он прилег, желая отдохнуть, но не смог расслабиться. Какая-то внутренняя тревога толкала его к действиям.