Кошмарных снов, любимая

Изредка доктор Ферт оглядывалась, словно боясь оставлять Мэлоун за спиной без наблюдения.

И это не укрылось от внимательной Джесс.

– Что со мной? – прямо спросила она, залпом выпив стакан воды. – Я хотела вас задушить? Вы приказали сделать это во время гипноза?

– Конечно нет. Это была ваша инициатива. Я не могу утверждать однозначно, но, возможно, диссоциативное расстройство идентичности, – осторожно отвечала Элен.

– Поясните, пожалуйста.

– Это также называют раздвоение личности.

– Что?..

Стакан едва не выпал из ослабевших пальцев Джесс.

Доктор Ферт кратко обрисовала ей ситуацию, не забывая замечать все проявления реакции пациентки на ее слова. Та находилась в состоянии близком к панике.

– Вы не должны волноваться. Пока что я лишь строю предположения. Возможно, это последствия гипноза. Возможно, вы сами себя пытаетесь защитить от чего-то, что могло бы навредить вашей психике, – потирая шею, говорила доктор Ферт, мысленно прикидывая, как удачно впишется случай Мэлоун в ее будущую книгу. Глава о нарушении целостности эго как защитного механизма.

– Вы хотите сказать, что я сумасшедшая? – прямо спросила Джесс. Уголок ее губ нервно дернулся.

– Раздвоение личности не относится к шизофрении. Это конверсионное расстройство. Джессика, понимаю, что эта новость может шокировать. Но повторюсь: во-первых, я не уверена насчет раздвоения личности, во-вторых, если это так, современные методы психотерапии помогут вам восстановить цельность личности.

– Но если это раздвоение личности, – Джесс, не выдержав, коротко рассмеялась – нервным, чужим смехом, – то тогда понятно, почему я забыла ту ночь…

– Почему же? Расскажите мне.

– Возможно, я… Я убила Брента, – сообщила она громким шепотом.

Элен молчала, ожидая продолжения рассказа. Нечто подобное она и предполагала. В жизни Мэлоун произошла сильнейшая психотравма, расколовшая ее эго на две части. На два «Я»-состояния.

По мнению доктора Ферт, потеря близкого человека – одна из причин диссоциативного расстройства идентичности.

– Он стал чудовищем, и я воткнула в него нож, – призналась Джесс в странном порыве.

– Чудовищем? – выгнула бровь Элен.

Впервые Джесс рассказывала кому-либо о том, что видела чудовищ. Рассказывала не все, лишь то, что вспомнила во время гипноза. Но с ее стороны это был уже огромный прорыв.

Она говорила сбивчиво, смахивая слезы и с трудом сдерживая всхлипы, время от времени замолкая и будто зависая в собственных чувствах.

Доктор Ферт слушала ее внимательно. Вдумчиво. Не перебивала.