Кошмарных снов, любимая

Он был высок и широкоплеч, и его голос можно было назвать приятным, глубоким, бархатным. Джесс показалось, что она когда-то уже слышала его, но страх мешал понять и разобраться, кому он принадлежит.

– Чем? – лишь спросила она, не оставляя попыток освободиться.

– Тобой, – сказал он как о чем-то самом собой разумеющемся. – Тебе не понравился мой подарок?

– К-какой? – спросила Джесс.

– Розы. Цветочный язык сложен и многогранен, но каждый знает, что значат алые розы, – незнакомец сел рядом с ней на кровати, коснувшись бедром ее колена, и Джесс тотчас убрала ногу, задрожав всем телом от ужаса.

Что происходит?

Где она?

Как она сюда попала?

Мужчина почувствовал ее страх и рассмеялся коротко.

– Я так хотел сделать тебе приятное. А ты уничтожила мои розы. Мою любовь.

Он произнес это с укоризной.

Выходка Джесс его обидела.

– Ты красива. Но я люблю тебя не из-за этого, – продолжал он, положив горячую ладонь на ее живот – даже сквозь тонкую ткань ночной рубашки девушка чувствовала чужой жар. А еще – тонкий, едва уловимый горчащий аромат полыни и аниса.

Джесс поняла вдруг, что он – ненормальный.

Она попыталась отпрянуть, избавиться от его руки на себе, но мужчина надавил ладонью на ее живот, причиняя легкую боль, и ее тело послушно затихло, перестав подчиняться.

– Кто ты? – едва слышно проговорила Джесс. Губы ее тряслись.

– Твоя любовь, – весьма иронично ответил он.

– Я не знаю, кто вы! – нашла в себе силы крикнуть она.

– Скажи, что любишь, – вдруг велел он. – Говори!

Он оказался на кровати, сжимая коленями ее бедра и упираясь руками о подушку, на которой лежала голова Джесс. От него пахло горькими травами и немного абсентом.

– Скажи. Мне. Что. Любишь, – прошептал мужчина.

Он смотрел на нее, но она не видела его глаз – лишь лиловые отблески.

Пугающие лиловые отблески.

Джесс зажмурилась и отчаянно замотала головой.

Она любит лишь Брента.

Вселенная над ней покрылась трещинами.

– Вот оно что, моя сладкая, – ласково прошептал мужчина, резко отстраняясь и садясь. Его колени упирались в кровать, крепко зажимая ими тело Джесс. – Вот кого ты любишь? А если я скажу тебе, что убил его? Если я скажу, что душил его, – он протянул к ее лицу руки, широко разведя пальцы в стороны. – Если скажу, что мучил его…

– Хватит! – закричала она.

Ей было мучительно думать о том, что Брент мертв.