— Это не та блондинка, что отдыхает в мед–боксе?
— Она самая.
— Красивая, — заметила Таня, отвлекаясь на разговор и даже немного «фоня» эмоциями. Успокаивается.
— Угу.
— А чего так грустно?
— Думаешь, приятно осознавать, что влип? — с преувеличенно несчастным вздохом поделился я, зная, что нет более удачной темы для разговора, чтобы отвлечь девушку от грустных мыслей.
— Ты серьёзно? — выдохнула Таня и остановилась, схватив меня за локоть. — Не могу в это поверить!
— Поверь. — Я продолжил движение в сторону академии, но руку мою Таня так и не отпустила.
Попалась рыбка на крючок. Сейчас переключится, немного придёт в себя, а дальше будет страдать уже не столь сильно, а то и вовсе перейдёт в рассудительный режим и смирится.
Хорошо, у меня было время подготовиться к этой её реакции на неожиданную новость.
— Так это ведь хорошо!
— Не всё так просто, не всё так просто, — в такт шагам приговаривал я, поглядывая в сторону Маруси Дамировны, которая исключительно из любви к Тане сдерживала рвущиеся наружу ревнивые вопли.
— Ладно тебе! Любовь — это здорово! — Таня вдохновенно посмотрела на усыпанное звёздами небо.
Тема оказалась на редкость удачной и нам с Маруськой удалось провести Таню мимо её любимого лазарета с оборудованием без применения силы. Болтовня о чувствах и эмоциях подтолкнуло гостью самостоятельно подвести разговор к интересной мне теме, так что, когда Таня созрела, осталось лишь задать вопрос.
— Так что там у тебя произошло? Давай рассказывай! А то, ишь какая хитренькая, перевела тему, — попенял я, принимая у Маруськи чашки и сладости и показывая на выход.
Однако кофемашина и не думала слушать команды, сбежала к Тане под бочок и замерла, делая вид, что её здесь нет."
"— Ничего я не меняла, — Таня привычно плюхнулась в гостевое кресло и поёрзала, чтобы оно подстроилось под удобное ей положение. — Достало всё! Такие все хитро… мудрые, — исправила на лету последнее слово девушка, — что сил нет. Рядом с членами совета я порой чувствую себя как ученица начальной школы.
Всё продумаешь, просчитаешь, везде соломки подстелешь, а в итоге тебя обыграют как дитя малое.
— Это называется «повзрослеть», — грустно заметил я. — Ставки растут, ответственность тоже. Тебя провоцируют. Обучают на практике. Да, жестоко. Но мир никогда не был справедливым и добрым, так что нечего обманываться. И да, нас всех используют.
— Дамир, если бы только чужие, но ведь и свои тоже. Это самое обидное.
— Рассказывай по порядку.
