— Да, это связывает руки, — поддержала я беседу, сделав вид, что крайне недовольна фактом, мешающим науке.
— Так приятно на тебя смотреть. Нашедшие призвание люди всегда вызывали у меня некоторую зависть.
— Жан–Жак!
— Ну, хорошо. А ты нетерпеливая. — Мужчина цокнул языком и подмигнул мне с улыбочкой. — Не уверен, что метраны изучали вопрос, как работает партис в сочетании с кровью, поскольку обряд бракосочетания — священнодействие, зародившееся до изобретения первого микроскопа. Я знаю лишь, что партис, кровь и именно невинная невеста (уж прости, не спрашивал, есть ли у пауков степень по гинекологии), — съехидничал Жан–Жак, — всё это каким–то мистическим или научным образом взаимодействует.
— А верность здесь причём?
— В случае, если на жену нападут с попыткой изнасилования её кожа выделит яд, мгновенно убивающий обидчика.
— То есть к женщине, вышедшей замуж в партисе, нельзя прикасаться никому, кроме мужа? — поинтересовалась я. — Это работает только с метранами или люди тоже могут использовать партис для… изобретения уникального в своём роде токсина?
— На людей действует, да.
Когда мы только начали налаживать контакты с Метрангом, сюда переехало достаточно большое количество наших — дипломаты, торговцы, учёные и так далее, были прецеденты.
— Ух ты!
— А вот по поводу касаний — прикасаться можно, но не с сексуальными намерениями. Признаться, не силен в химии и биологии, разберешься сама, раз интересно. Может, реакция начинается, если женщина в стрессе и страхе, а мужчина возбуждён.
Я слушала рассуждения Жан–Жака и изо всех сил пыталась не рассмеяться. Кто бы мог подумать, что я уже замужем! В день презентации партиса ко мне в лазарет попал раненный Кирилл и, сам того не зная, нагло меня окольцевал, потому платье и вспыхнуло звёздами. Завершили мы ритуал, правда, совсем недавно, но, по идее, все химические реакции должны произойти, и я теперь — живое химическое оружие. Скорее бы попасть в лабораторию и исследовать изменения в крови!
А папа, похоже, понял, что случилось.
Он и о партисе прежде слышал и сияние моего платья его насторожило. Наверняка ведь разобрался, что к чему, только мне ни слова не сказал.
Вот будет забавно, если о нашем с Киром браке знают абсолютно все, кроме нас!
Истерика подобралась незаметно и грозилась вылиться в истерический хохот или даже плач. Довольная морда Жан–Жака лишь подливала масла в огонь и я, не придумав ничего лучшего, схватила бокал и сделала глоток.
