— Если срывает крышу, то неважно, какая обстановка! Это же страсть, феромоны, взрыв, фейерверк! По крайней мере все так рассказывают, — закончила тихо, забыв, что нужно играть пьяненькую–доверчивую девчонку.
— Значит, что всё наоборот, бестолочь, — мягко улыбнулся друг. — Ты нравишься ему достаточно сильно для того, чтобы он не стал портить ваш первый секс. Лично меня бы от вульгарной обстановки выворачивало. Уверен, тебя тоже. Ты ведь выросла в изяществе и стиле. И одеваешься в мою одежду, — словно вишенку на торт добавил главный аргумент лучший дизайнер Аруана.
— Нет, придумали же такую гадость! Кошмар!
Здравое зерно в рассуждениях Бобо несомненно присутствовало, но обида на Кирилла подогревалась изо дня в день и так быстро расстаться с ней я была не готова, да и «аргументов» накопились воз и маленькая тележка."
"— А потом он не отпустил меня в лабораторию! — не сдавалась я в своих жалобах. Это возмутило меня больше всего.
— Ага, среди ночи.
Ой, до чего же нехороший. Ай–яй–яй, давайте выразим ему общественное порицание, — паясничал дизайнер, который знал, что я в этом плане странная девочка и всегда предпочту новый микроскоп новому платью, а исследование в затхлой (по мнению Бобо) лаборатории интересному приключению.
А у меня свои приключения! В научном пространстве, вот!
— Бобо, мы живём не в каком–нибудь древнем веке, у нас современное общество и женщины имеют право делать то, что хотят и тогда, когда хотят! — пафосно заявила я.
— А чего хотят эти современные женщины, Тань?
— Ну, чего–чего? Карьеру сделать, добиться положения и уважения в обществе…
— Сама себе хоть не ври, а? — перебил Бобо. — Некоторые дамы — несомненно. Многие! Но не ты, Таня. Кто бы что ни говорил, а ты романтичная натура и выросла в классической патриархальной семье сильного мужчины и красивой, умной женщины, которая всю жизнь позволяет ему думать, что все решения принимает он, — хохотнул друг, прекрасно зная мою мамулю.
— Даже если ты строишь из себя важную и деловую, тебе всё равно нравятся уверенные в себе мужчины, которые такими «варварскими» методами проявляют свою заботу.
Вот ведь наблюдательный. Что есть, то есть. Но так неприятно признаваться в своей неправоте.
Я понимала, что Кир поступил правильно, но во время интересных экспериментов я становлюсь фанатичной и нетерпимой к любым внешним раздражителям.
