На все просьбы и приказы отвечали: «Не положено инструкцией». Я только в одном месте могу уединиться, в своих апартаментах, и всё.
За последние двадцать дней мы преодолели часть Дикого космоса и, наконец, добрались до границ княжества, сегодня, точнее через четыре часа, в шесть вечера по корабельному времени, мы должны выйти в соседней с границей системе. Лететь вот так вот прямо в княжество я посчитал опрометчивым, пока никто не знал, что я был жив, и этим нужно было воспользоваться. Сам план был на стадии формирования, но для детализации мне требовалось получить самую свежую информацию по состоянию дел в Княжестве и империи, а также тайно встретиться с адмиралом Ла Юнье.
Вот уж кто даст мне полную информацию. Этого мамонта не просто свалить, а все попытки делают его только сильнее и злее. А злой адмирал Ла Юнье – это злой адмирал Ла Юнье. Люмерцы и рейковцы наверняка передёргиваются, вспоминая проведённые им операции и какие они понесли потери.
Выйти мы должны были в зоне действия патрульных сил княжества неподалёку от Ниварны, встретим патрульного, опознаемся и отправим за адмиралом, а там уже как карта ляжет.
Наверняка у Ла Юнье есть какие-то идеи, выслушать опытного боевого офицера стоило в любом случае, может, что и стоящее посоветует. Честно говоря, я в интригах не самый большой спец, ноль практически. Обычно если кто против меня строил козни или распускал грязные слухи, получал по-простому в табло и потом в капсуле рихтовал свою внешность. Когда жил в Люмере, трое так от меня пострадали.
В самой столовой находилось всего человек десять.
Двое бойцов абордажников, в десантных кобезах, обедали у уголка живой природы, отдельно сидевший техник задумчиво пила травяной настой, листая страницы на электронном планшете, лежавшем на столе. Кстати, она была единственной девушкой, что пережила абордаж и, к счастью, пересидела на планете. Ещё в столовой было пять гвардейцев и только что вошедшая Киана. В последнее время её мучил токсикоз, но она крепилась. Я мог бы его снять в капсуле, но младшая жена отказывалась.
Честно говоря, информацию, принесённую мной, она восприняла с честью, слабо улыбнулась и хлопнулась в обморок. Я тогда сам бегом отнёс её в медсекцию и провёл полное исследование. Догадка подтвердилась, второй месяц пошёл, сейчас уже третий идёт. В общем, сведенья о гибели близких Киана приняла, немного поплакала, погрустила, но быстро пришла в себя, моя психологическая поддержка и напоминание, что она должна заботиться о ребёнке, пошла на пользу.
