Космобиолухи

– Киборгу так просто не сломаешь. У него кости тройной прочности.

– Превосходная идея,– язвительно сказал капитан, представив всю команду с лубками наперевес,– по закону подлости киборгом наверняка окажется последний проверенный.– А чего-нибудь менее радикального нет?

Доктор сморщил нос и долго его чесал, словно пытаясь разгладить обратно, а потом изрек:

– У киборгов, по сравнению с людьми, гораздо больший расход энергии. Им нужна пища не только для клеток, но и для встроенного между ними оборудования.

Всего одна минута работы мышечных наноимплантатов «съедает» столько же калорий, сколько четверть часа бега трусцой.

– Так он, получается, должен жрать как не в себя? – изумился капитан.

– Когда использует имплантаты – да. Но, если не ошибаюсь, это происходит только в боевом режиме. Инфракрасное зрение, сканер, подслушку и прочие штучки он тоже вроде бы запускает по потребности. А вот процессор должен работать непрерывно, как и окружающий его мозг. И в качестве топлива для них обоих лучше всего подходят углеводы: глюкоза, фруктоза, сахароза…

– Точно,– вспомнил Станислав.

– Я читал, что киборгам доппайком сахар выдают. Еще удивился: на кой их так балуют, целых двести граммов в день?

Чайник вскипел и отключился, пронзительно пискнув. Друг снял с полки две кружки, обычную и полулитровую, для себя, кинул в них по чайному шарику (Стас любил крепкий, Веня – почти прозрачный), наполнил до краев кипятком и вернулся за столик. Снял крышечку с сахарницы.

Станислав тупо глядел, как в пол-литровой чашке расходятся круги от белых кирпичиков: один бульк… два… три… четыре…

– А скажи-ка мне, Веня,– вкрадчиво начал он,– сколько весит один такой кусочек?

– Ты что?! – возмутился доктор.

– Мы же со школы знакомы!

– А как звали девчонку, за которой мы оба ухлестывали в девятом классе?

Веня уронил пятый кусочек сахара и потрясенно уставился на капитана. Тот, опомнившись, тряхнул головой.

– Нет, это бред какой-то! Если мы друг друга подозревать начнем, впору вконец свихнуться.

– Вот-вот,– облегченно подтвердил доктор.– Тем более что я убей не помню никакой девчонки. Лучше скажи, сколько банок сгущенки съедает за день наш навигатор?

– Одну… или две…– наморщил лоб капитан.– Нет, точно две. Я видел, как он после обеда новую открывал.

– Ага! А там, между прочим, половина веса – сахар! – Веня снова подошел к шкафчику, снял с полки одну банку.– Ну почти половина – сорок три с половиной процента.