Космобиолухи

Еще секунд пятнадцать ушло на колебания: будут ли там «результаты предварительного анализа» или что-то вроде «резкой и полной аннигиляции». Затем любопытство победило, и капитан ткнул пальцем в крохотный треугольник. Прочел короткий отчет снизу вверх, затем сверху вниз…

– Это не база,– так бесстрастно произнес он, что духи самурайских предков раздулись от гордости за достойного наследника.– Это…– Тут Сакаи прорвало на очень длинное и затейливое японское выражение, после чего капитан перевел дух и прежним тоном закончил: – …гнездо железной руды.

Выразить свое отношение к этой новости Джилл с Винни не успели, за них это сделала природа. За бортом вспыхнуло, грохнуло, из приборной панели брызнули искры, склонившегося над ней пилота отшвырнуло назад вместе со штурвалом, а катер – вбок и вниз, впечатав в землю.

То есть в то, что ее заменяло.

– …ая молния! – выдохнул Винни.

Капитан согласно кашлянул. По салону плыл сизый дымок, разъедающий глаза и скребущий по горлу, но в целом отделались они достаточно легко.

– Небось на эти чертовы геоштучки навелась,– продолжил пилот,– а по их кабелям прошла внутрь корпуса и выжгла всю электронику. Даже парастаты выбило.

– И люки,– тихо добавила Джилл, первой сообразившая, во что они, кроме болота, вляпались.

– А? – Пилот отбросил вырванный «с мясом» штурвал и попытался открыть люк со своей стороны – сначала руками, потом, извернувшись на сиденье, ударом ноги. Катер покачнулся, на обивке появилась небольшая вмятина.

– Бесполезно,– тем же заупокойным шепотом сообщила Мисс Отвертка.– Там блокираторы по всему контуру, очень прочная и надежная конструкция. Изнутри ты ее не откроешь.

– Замечательная конструкция,– произнес капитан, с трудом удержавшись от желания садануть по оной кулаком.– Просто великолепная. Есть у кого-нибудь идеи, как нам выбраться из нее прежде, чем она утопнет?

На последней станции гашения Тед купил несколько упаковок пива и затолкал их в дальний угол кладовой, на место съеденных продуктов.

Станислав действительно не стал возражать, но на посиделках смешливой молодежи чувствовал себя лишним, поэтому символически хлебнул из протянутой Теодором банки («право первого глотка, капитан!»), извинился и ушел в свою каюту, прихватив с собой Вениамина, чайник и пакет пряников.