Сердце екнуло и потребовало немедленно ускорить шаг, но мозг цинично возразил, что все равно догонят и будет только хуже.
Впрочем, звать капитана на помощь не пришлось.
– Ты, это… – При близком рассмотрении охранники оказались не свирепыми киллерами, изобличившими мошенницу, а вполне себе вежливыми и даже слегка смущенными парнями. – Короче, поблагодарить тебя хотели. За дружка нашего и вообще.
– Благодарите, – величественно позволила Полина, выпятив грудь и зардевшись.
Охранники охотно рассыпались в комплиментах – сначала бесстрашию девушки, потом ее красоте и уму, а в конце и вовсе пригласили в бар опрокинуть рюмашку за знакомство.
– Ой нет, – спохватилась Полина. – Мне… э-э-э… папа пить запрещает!
– А как он узнает, если по чуть-чуть и зажевать?
– А он там уже пьет, – смущенно призналась девушка.
Парни расхохотались и расступились.
– Ладно, милашка, иди работай. А если вдруг какие проблемы возникнут, мы тут рядом!
– Ну вообще-то… – Зоолог мстительно посмотрела на зеленую ботву в конце ряда.
– Есть тут у меня одна проблема… Правда, она уверяла, что вы мне все равно помочь не сможете, так что даже и не знаю, говорить ли…
Охранники мигом перестали улыбаться, насупились и попросили поближе познакомить их с этой пессимисткой.
* * *Полина встретила капитана с невинным видом Золушки, успевшей вернуться с бала раньше злой мачехи. Слегка покосившаяся конопля стояла на прежнем месте, и о ее приключениях напоминали только несколько крошек земли на прилавке.
«Конкурент» злобно зыркал в сторону «семейки», лиловея перекошенной челюстью, но, когда Станислав заинтересовался этим феноменом, трусливо отвернулся.
– Ну как посидели? – елейным голоском осведомилась «дочурка».
– Нормально, – буркнул «папочка», пряча глаза. – А здесь как дела?
– Нормально, – в свою очередь солгала Полина, пользуясь моментом, чтобы быстренько смахнуть крошки на пол.
– Гулять пойдешь?
Девушка поежилась:
– Нет, что-то расхотелось. А почему у вас голова мокрая?
– Вспотела.
– Капитан провел по волосам растопыренной пятерней, чтобы хоть слегка их расчесать и уложить. Холодная вода смыла хмель, остался только гадкий привкус во рту и еще более мерзкое ощущение стыда, хотя сам Станислав вроде ничего такого не натворил. Брат, чтоб его. Позор семьи. А ведь хороший вроде мужик был, даже несколько наград получил, за героизм и отвагу… Работорговцу, наверное, они очень пригодились."
"Капитан глянул на комм.
