– Но это из-за нас они не успели на Мерак вовремя, – ради справедливости заметил Станислав.
– На чартерный рейс они опоздали по своей вине. – Меракиец уже протягивал капитану типовой планшет для заключения сделок, где отображался дубль-договор на двух языках.
– А какой смысл в компенсации, которой они все равно не смогли бы воспользоваться?
– Наследство, – пояснил таможенник. – Приемным детям и друзьям, чтобы смягчить скорбь от потери, либо тем, кто был рядом и поддерживал их в трудный час. Все по закону, не сомневайтесь.
У нас часто бывают подобные случаи, правда, в роли доставщиков люди оказались впервые.
– Ну не сказать чтобы мы их так уж поддерживали… – замялся капитан, вспомнив, какими словами они с командой поминали покойных и их потомство. Оказывается, здесь это обычное дело – когда прилетает корабль и вываливает в море гору живности? Тогда неудивительно, что к ним так прохладно отнеслись. Это для женщины роды – главное событие в жизни, а для персонала больницы – рутина.
– Не переживайте, – уже с легким раздражением булькнул меракиец.
За Станиславом успела собраться небольшая, недовольно ворчащая очередь. – Это небольшая сумма, и она ни к чему вас не обязывает. Поставьте свой оттиск здесь и вот здесь и можете быть свободны.
* * *В пультогостиную Полина вернулась совсем расстроенная.
– Ну как? – поинтересовался Тед. – Успокоила мамашу?
Девушка вяло махнула рукой:
– Она уверена, что я попала в секту. Или в банду. Или что вы похитили меня на органы. Или зазомбировали, и я сейчас переписываю на Станислава Федотовича завещанную мне прабабушкой комнату в пригородном мультиблоке.
– А комната большая? – уточнил Вениамин.
– Девятнадцать метров. Сорок третий этаж.
– Что-то мелковато для гуру такой могущественной секты, – усмехнулся доктор.
– Ну так с каждого адепта по комнате – гуру особняк, – развела руками девушка.
– Но ты же ей сказала, что это неправда? – возмутился Теодор.
– Сказала, а толку? Она твердит, что сектанты неадекватно воспринимают реальность, а сама несет какую-то чушь: про пьянство и разврат на борту, многодетную семью Станислава Федотовича, зарезанную кошку…
– Точно, чушь, – поспешно подтвердил пилот, избегая смотреть подруге в глаза.
– Странная какая-то тетка… в смысле, мама.
– Не то слово, – вздохнула девушка. – Требует, чтобы я немедленно вернулась домой и показалась ей со всеми органами.
– И что ты ей сказала? – напряглись приятели."
"– Что-что… – проворчала Полина.
