– Вот что, надо наконец как-то назвать наше судно. Если мне еще раз придется заполнять объяснительную, почему у него нет имени, и перечислять за неимением оного серийные номера всех отсеков, я точно с ума сойду.
– Так у нас же заполненный документ остался, – не понял пилот. – Только дату поменять.
– Если бы! Тот – форма номер двадцать один на прилет, а эта будет двадцать два на вылет, – мрачно сообщил капитан. – Поэтому, парни, возьмите в кладовке банку с краской, и напишите на борту… мм… да хотя бы «Комета», потом сотрем.
Только покрасивее, а не тяп-ляп! И разборчиво, чтобы издалека видно было. – Станислав повернул голову, краем глаза уловив какое-то движение на спинке диванчика, где лежала его фуражка. Кошка сделала вид, что просто проходила мимо, но капитан на всякий случай тщательно обнюхал фуражку, прежде чем ее надеть. – А я пока съезжу гляну на заказчика, которого нам Харальд сосватал.
Банку Теодор нашел и даже выпросил у Михалыча пульверизаторную кисть, однако настроение у пилота было совсем не покрасочное.
Первая стоянка, на которой есть не только желание, но и возможность оттянуться! Планета хоть и принадлежала крамарцам, но жили и работали на ней в основном альфиане и люди, выкупившие местечко для бизнеса или нанятые выкупившими. К их услугам (и, разумеется, кредиткам) были и бары, и магазины, и игорные дома, и даже «Матушка Крольчиха» свою «норку» под голографической рекламной дугой приткнула.
– Дэнька, а может, ты сам все сделаешь, а? – взмолился Тед, как только Станислав Федотович уехал.
– Ну пожалуйста! А я тебе мороженое куплю.
Рыжий так посмотрел на напарника, что пилоту стало почти стыдно, но в следующий миг кивнул:
– Ладно. Шоколадное. Ведерко.
– Идет! – просиял пилот, сунул Дэну банку и испарился быстрее, чем тот ее открыл.
* * *Заказчик оказался заказчицей, причем инопланетянкой. Собственно, с расселением человечества по космосу инопланетянином мог считаться даже Станислав, родившийся и выросший на Новом Бобруйске, но термин прижился еще с тех времен, когда человечество только-только начало высылать разведчиков (да и те по большей части лаяли) за пределы атмосферы.
И тогда, и сейчас люди называли «инопланетянами» всех космических братьев по разуму (но не виду), только со временем их спектр расширился от легендарных «зеленых человечков» (центавриане всегда наплевательски относились к вопросам маскировки и пилотирования) до двадцати с гаком гуманоидных и не очень существ.
