– Тед нехотя взялся за бутыль с растворителем, но капитан, словно почуяв, что речь зашла о нем, выглянул из корабля и озабоченно распорядился:
– Парни, идите сюда. Есть серьезный разговор.
* * *– Я – «за», – без колебаний объявил Теодор. – Максимум, что мы теряем, – это сутки времени. А его у нас целая неделя в запасе.
– Максимум мы теряем головы, – поправил его Станислав. – В прямом смысле слова.
– На первой же встрече? Вряд ли, – беспечно пожал плечами пилот. – Вначале к нам присмотрятся, дадут какое-нибудь несложное задание, а потом уж можно и головы.
Если не справимся, конечно, или «хвост» приведем.
– Вообще-то мы именно это и собираемся сделать, – напомнила Полина.
Тед призадумался, и слово взял Вениамин:"
"– А вот меня больше всего беспокоит, что означает это «твоя работа?». Стас, вы с Вадимом о чем-то договаривались? Или это кодовая фраза?
– Нет. – Капитан снова перебрал в памяти ту беседу. – По крайней мере я ему ничего не обещал.
– А вдруг он про базу Альянса узнал? – предположил Дэн.
– Тогда знает и о том, что в основном там поработал Роджер Сакаи, а он нынче снова полицейский, – пуще прежнего разволновался доктор.
– Вдруг работорговцы приготовили нам ловушку?
– Что это за ловушка, если на нее первым же предложением намекают? – поморщился Станислав. – И почему тогда «ловкач»? Мы базу у Балфера не обманом выудили, а отбили.
– Ну, прмскзть… – застенчиво кашлянул Михалыч.
– Да, но об этом знаем только мы да команда Роджера! Пираты-то были уверены, что сражаются против полчищ спецназа и космических монстров.
Нет, видно, я все-таки что-то упустил… – Капитан нахмурился, но дополнительные извилины на лбу мозгам мощности не прибавили. – О чем же мы еще говорили? Однополчан перебрали, кого куда нынче занесло… Помянули Рика и Занозу… Я про «дочку» врал… К счастью, недолго, Вадим эту тему не поддержал… Хотя у него незадолго до комиссования жена забеременела, он до потолка скакал от счастья – они очень детей хотели, но все как-то не получалось…
– Может, развелся? – предположил Вениамин, вспомнив о собственном неудачном опыте семейной жизни.
– Обычное дело: в космофлот ушел романтичный юноша, а вернулся ожесточившийся инвалид, престижной работы не нашел, начались депрессии, пьянки, скандалы…
– Может… – Станислав укоризненно покосился на друга («Я тоже, что ли, ожесточившийся алкаш?!») – Ладно, это его личное дело. Давайте с общим разбираться: кто за то, чтобы сделать остановку на Ясене?
Вениамин с тяжелым вздохом первым поднял руку.
