Пока собрание оживленно прорабатывало план, уточняя детали и распределяя роли, Тед, спохватившись, шепотом поинтересовался у Полины:
– А где Дэн?
– Я его в последний раз в караулке видела. Сказал, что он вам здесь не нужен, лучше пойдет отдохнет, пока все тихо. – Девушка хихикнула: – Бьёрн пытался припрячь его пленных караулить, но Дэнька с каменным лицом заявил, что пользователь не идентифицирован и поэтому должен сообщить ему код доступа. С трех попыток. Что будет после третьей, Бьёрн не решился спросить, и теперь там какой-то мужик стоит-изнывает.
– Угу, рыжий в своем репертуаре, – криво усмехнулся пилот и стал пробираться к выходу.
* * *Теодор нашел Дэна на кухне и, честно признаться, в первый момент вздрогнул и попятился: из-за трофейного комбеза парню показалось, что это охранник. Киборг стоял спиной к двери, просматривая содержимое продуктовых полок и постепенно выстраивая на столе цепочку из банок и пакетов.
– Ну что вы решили? – равнодушно спросил он, когда друг подошел поближе.
– Выставим охрану и будем послание на орбиту писать, скошенными кустами в центре плантации.
– Хорошая идея.
– Еще бы! Сам придумал. А ты чего удрал?
– Просто ушел, чтобы людей не нервировать. – Последней Дэн снял с полки литровую кружку и стал варганить в ней нечто странное. Стакан сахара. Стакан сухого молока. Несколько ложек крахмала. Саморазогревающаяся банка тушенки, которую навигатор открыл, но слил в кружку только жирный бульон.
– Что ты делаешь? – не выдержал Тед, когда Дэн бухнул туда же ложку соли, а потом и соды.
– Кормосмесь, – лаконично ответил киборг, доливая в кружку воды и той же ложкой разбалтывая до консистенции жидкой сметаны. Фабричной «DEX maxi» или хотя бы «DEX optima» он не нашел, пришлось подбирать состав самостоятельно.
– Может, лучше уж перловки?
– У нее низкий КПД. Для поддержания формы годится, а мне нужно как можно быстрее ее восстановить.
– Рыжий отхлебнул из кружки.
«Не сгущенка», – понял Тед по его лицу. Но, если импланты опять дезертируют в самый разгар боя, будет гораздо неприятнее.
Лежащая на столе рация требовательно запищала. Парни, замолчав, несколько секунд завороженно на нее пялились, потом Дэн осторожно, как тикающую бомбу, поднес ее к уху, нажал на кнопку и неожиданно чужим грубым голосом сказал:
– Прием.
– Сам ты прием, Шуруп! – гавкнула рация.
