– Если здесь и была другая, то они ее сожрали, – цинично сказал киборг. Он видел, как хассы грызли даже деревья, хрустя ветками, словно костями.
Напарники в молчании прошли еще с полкилометра, и Тед, попривыкнув к почетному эскорту, снова не выдержал:
– Ну хорошо, на людей ты не обижаешься, ты их просто не любишь. Капитана сам спасать вызвался. В лесу уже как дома. Тогда какого черта ты такой мрачный?
– Я на задании.
– Нашел кому врать!
Дэн замешкался. Сам он мгновенно улавливал малейшие изменения в человеческом настроении – по сердцебиению, дыханию, тембру голоса, запаху.
Но как друзьям удавалось понять, что что-то не в порядке с ним самим, оставалось для него загадкой.
– Ты меня тоже боишься?
– Чего-о-о? – опешил пилот.
– Ты тоже увидел, на что я способен. И тебе это не понравилось.
– Дурак, – беззлобно сказал Теодор. – Какая разница, обычное у тебя оружие или встроенное? Станислав Федотович в свое время без всяких имплантов кучу народу положил, и что? Пусть его враги боятся, а не мы! Непривычно просто, а вообще я тебе даже завидую чутка.
Я б тоже хотел так драться и двери с полпинка вышибать.
Дэн вымученно улыбнулся.
– Сам ты дурак.
* * *– Брысь, – с закрытыми глазами простонал Станислав: ему и без того паршиво, а тут еще надрывные вопли под ухом! Нет, надо все же выбросить эту проклятую кошку или отрезать ей лишние детали… Например, голову!
Капитан потянулся нащупать что-нибудь увесистое и швырябельное, но внезапно осознал, что под щекой у него не подушка, а неудобно завернутая, в хлам затекшая рука, да и на родную каюту это место не похоже.
Кошка, правда, была та же самая. И судя по ее интонации, действие волшебной таблеточки закончилось.
– Славик, ты как?
Спрашивала, кажется, не кошка. Станислав повернулся на звук – освобожденная рука заболела еще сильнее – и честно ответил скорчившемуся в углу Вадиму:
– Хреново… А ты?
– Мр-ряу! – оживилась Котька, услышав знакомый голос.
– Нога, кажется, сломана… Совсем не слушается и распухла вдвое… – Приятель вяло согнул правую ногу в колене.
Левая, с неявственно вывернутой ступней, осталась неподвижна. – Скорей бы уж пристрелил меня… Все равно ж этим закончится…
– Ау-у-у! Яйау-у! – сочувственно поддакнула кошка.
– А ее-то к нам за что? – пробормотал капитан. – Тоже как сообщницу?
– Нет, эта тварь снаружи орет. Я уже не выдержал, крикнул охраннику, чтоб он ее пнул, но, кажется, там никого нет. Иначе хоть рассмеялся бы в ответ.
