– Болтает, – вполголоса заметил капитан, будто невзначай положив руку на бултыхающийся вверх-вниз желудок.
– Терпимо. – Теодор откинулся на спинку кресла: изменить траекторию прыжка уже все равно невозможно. Только ждать, когда он закончится – впереди появилось быстро растущее белое пятнышко, точка выхода. – Вот, помню, однажды летели мы на Альтаир – перегруз был жуткий, почти двенадцать процентов, корабль даже на разгоне козлил, как в зад ужаленный… Эй, а это что за чертовщина?!
Уточнить параметры нечистой силы Станислав не успел – зато увидел.
Пятнышко раздвоилось, а в следующий миг корабль резко дернуло вперед и вправо. За бортом, несмотря на многослойную изоляцию, взревело так, будто его накрыла и завертела по песку штормовая волна.
И тут-то до капитана наконец дошло, зачем надо пристегиваться во время прыжков.
Оказывается, воссоединиться с вечностью можно не только быстро, но и больно.
* * *Очнулся Станислав под зловещий разноголосый писк и алые сполохи.
Несколько секунд капитан неподвижно лежал на спине, ожидая чертей с приветственно наточенными вилами, но потом ушибленная лопатка стала ныть так невыносимо, что пришлось со стоном перевернуться на бок."
"По кораблю словно ураган пронесся, все незакрепленные предметы расшвыряло по полу. Особенно издевательски смотрелась подушка с диванчика, валяющаяся рядом со Станиславом – ну что ей стоило упасть на полметра правее, как раз под спину! Световые панели едва теплились, над голографической подставкой вращался огромный восклицательный знак, красный и пульсирующий.
Теодор, разумеется, и не подумал пристегнуться. Теперь он лежал на пульте, безвольно закинув на него одну руку и свесив вторую, а лицо заслоняли растрепанные волосы. Рядом стоял невредимый с виду Дэн.
– Пульс ровный, – ответил рыжий на немой вопрос Станислава, убирая руку от шеи пилота. – Он просто без сознания.
– Что произошло? – наконец сумел прохрипеть капитан.
– Сбой прыжка, – печально сообщила Маша. Знак сменился на вопросительный, желтый. – Причина неизвестна. Провожу проверку системы и сбор информации.
Свет наконец загорелся нормально. Тут же очнулся Теодор, рывком выпрямился и недоуменно тряхнул головой, будто на минутку задремал на рабочем месте.
– Что за …?! – более красочно выразился он. – Где мы?
Второй вопрос был еще интереснее первого.
