Станислав поперхнулся блинчиком:
– Что еще за сигнал? В смысле, что случилось, когда, где?"
"– Не знаю, милый, – сокрушенно покачала головой «юнга». – Простая морзянка, передается на общей частоте.
– Немедленно отправь им ответный запрос!
– Еще двадцать секунд назад отправила, – надула губки Маша. – Пока молчат. Впрочем, «где» – я тебе и так могу показать.
«Юнга» зубами вытащила из бутылки пробку, вытряхнула бумажку, и та мигом развернулась в рукописную карту звездного неба, с пунктирами от созвездия к созвездию, рисунками мифических чудовищ и «Веселым Роджером» в верхнем левом углу.
Посредине мигал красный крестик «клада».
Несмотря на специфическое оформление, две звезды и вращающаяся вокруг них планета опознались на раз, а для сравнения достаточно было посмотреть в иллюминатор.
– Ну и отлично, – безмятежно заметил Тед, под суровым капитанским взглядом тут же поправившись: – В смысле, мы же и так туда летим. А теперь у нас есть точные координаты высадки.
– В которых кто-то уже угробился, – опасливо проворчала Полина.
– Да мало ли что могло случиться? – Теодор подозревал, что с беднягами случился неважный пилот, а уж их-то транспортнику ничего не грозит. Но из скромности предложил еще несколько вариантов: – Может, просто двигатель сломался, провизия закончилась или эпидемия началась.
– Тогда тем более надо сесть подальше! – пуще прежнего разволновалась девушка. – Правда, Станислав Федотович?
Станиславу куда больше не нравилось то, что потерпевшие не выходят на связь.
Это могло означать как поломку оборудования, так и гибель всего экипажа. Сигнал же подает автоматический маяк, который и сто лет может пищать. Из воронки на месте ядерного взрыва.
– Странно, что Павел его не засек, – заметил капитан. – Он же месяц в этом секторе болтался.
– Значит, свежак, – решил Теодор. – Не мог же Пашка просто пролететь мимо и даже нам ничего не сказать.
За время службы в космофлоте Станислав успел насмотреться как на героев, так и на подонков, поэтому не стал это комментировать, а поинтересовался:
– Тед, мы можем лететь быстрее?
– Спрашиваете! – Пилот бросил недопитый чай (после «пробных» блинов основные в него все равно не лезли) и поспешил к пульту, больше не заикаясь про износ движка.
Из кресла, в которое Теодор не удосужился взглянуть, в последний миг с истошным воплем выскочила кошка. Нашкодить она там не успела, а может, просто дрыхла в уютной вмятине, но все равно огребла пару сочных эпитетов.
