– Псих психом, а снять с крейсера пулеметы, втащить их на стену, подключить к единой цепи и поддерживать в боевой готовности он сумел. Кстати, стена меня больше всего изумляет. Там каждый лист двумя ремонтными роботами с операторами поднимать надо, да еще установить стык в стык, приварить…
– Ну если полжизни только этим и заниматься… – пожал плечами Тед.
– Забор построили быстро, в первые годы после аварии, – негромко возразил Дэн, глядя в дымящуюся кружку. – На соединениях почти такой же слой ржавчины, как и на поверхности листов.
– Значит, время на ремонт гасилки у него точно было. – Внезапно осененный идеей, Станислав выпустил из зубов уже надкушенную булочку: – Кстати, а почему мы решили, что это единственный выживший? Может, внутри есть и другие, нормальные, а это просто сторож.
– Тогда почему они не выскочили на звук пальбы? – резонно поинтересовался Вениамин.
– А мы оглядывались, чтобы это проверить?
– Вообще-то это обязанность командира, – иронично напомнил друг.
– Я не осуждаю, а констатирую факт, – слегка смутился Станислав. – Забор – явно командная работа.
– Вся команда дружно свихнулась и уверовала в нашествие мозгоедов? – хмыкнул Теодор.
– Да тут и без мозгоедов разной дряни хватает, вспомни хоть ту пиявчатую гадину.
Полина вспомнила и горестно вздохнула.
– Конечно, остальные заборостроители могли и не дожить до сегодняшнего дня, – признал Станислав. – Но еще раз туда сходить все равно надо. Может, удастся поговорить с кем-то более вменяемым, а может, дед выспится и успокоится.
У человека в конце концов шок, он впервые за много лет увидел людей и, понятное дело, растерялся.
– Не, ну я бы еще понял, если б он нас за пиратов принял, – раздосадованно сказал Теодор. – А то мозгоедов каких-то приплел, зараженцев… Кто-нибудь вообще знает, что это за хрень?
Станислав знал.
– Старая-престарая «утка», запущенная с изобретением прыжкового двигателя. Мол, в глубинах космоса, куда нам прежде не было хода, обитает хищная инопланетная форма жизни, которая только и ждет, когда мы ее откроем.
Что-то вроде червячков с нейронными усиками, которые вгрызаются зараженному человеку в мозг и начинают его контролировать.
Тед сделал страшное лицо и потянулся к Полининой шее двумя зловеще шевелящимися пальцами.
– Ерунда какая, – фыркнула девушка, отпихивая его руку. – Чтобы сформировать такие паразитарно-симбиотические связи, нужен миллион лет направленной эволюции.
