* * *Совещание устроили уже в корабле, задраив шлюз и сняв скафандры.
– По крайней мере из пулеметов он на этот раз палить не стал, – традиционно попытался внести нотку оптимизма Вениамин.
– Пргрсс! – иронично заметил Михалыч.
– Значит, больной все-таки идет на контакт, – продолжал развивать мысль доктор. – Это обнадеживает. Возможно, нам постепенно удастся завоевать его доверие и добиться устойчивой ремиссии…
– Через месяц, год? – раздраженно перебил Станислав. – Скорее у нас самих крыша поедет.
– Давайте завтра снова к нему сходим, проследим, так сказать, тенденцию.
– Сходить-то мы можем, – Теодор рассеянно подбрасывал и ловил за рукоятку тяжелый перочинный ножик, – но, боюсь, старый хрыч только войдет во вкус. Еще бы, сами мозгоеды ему поклоны бьют и с одного выстрела разбегаются! И как он за тридцать лет весь боезапас не расстрелял?!
– Разрывные пули у него только в винтовке. – Дэн, которому, видно, надоело мельтешение стали перед носом, протянул руку и двумя пальцами поймал нож за кончик лезвия.
Сложил и спокойно вернул опешившему пилоту. – А пулеметы заряжены цельнолитыми самодельными, я сегодня пару штук подобрал.
– Значит, синтезатор у него тоже работает, – с досадой заключил Тед. – Знай подкидывай металлолом. Эх, был бы у нас станнер… – Пилот укоризненно покосился на капитана, намекая, что приказ вернуть пиратам все оружие был не самым разумным.
– Станнера у нас нет, – жестко отрезал Станислав. Трофейный арсенал радовал бы их только до первого таможенного сканера, обернувшись конфискацией со штрафом.
– Самонаводящейся сети, гранат с паралитическим газом и штурмового бронеробота тоже. Поэтому давайте перейдем от фантастических идей к реальным.
Теодор с кровожадным видом снова выщелкнул лезвие из ножа.
– Из вашего бластера его снять – раз плюнуть!
– Старого душевнобольного человека? – возмутилась Полина.
– Можно в плечо пальнуть или в ногу, – смилостивился пилот.
– А если Станислав Федотович промахнется?
– Дэн попадет.
– Тед, – неприятно изумился Вениамин, – ты это всерьез, что ли?
– Нет, но так приятно помечтать! – Пилот все не мог простить старику своего двойного позорного бегства.
– Мечтай про себя, – велел капитан. – Это его корабль, и он вправе никого туда не пускать. А ситуация у нас не настолько критическая, чтобы брать его штурмом.
– Ага, – мрачно поддакнул Теодор. – Она просто паршивая.
– Ну так надо было улетать вместе с Алексеем, – не выдержал Станислав.
