Все еще не наевшийся Кай залез вилкой в сахарницу, попытался наколоть кубик рафинада, вилка соскользнула, с силой воткнулась в дно, и сахарница лопнула, пыхнув сладкой белой пылью.
Стрелок извинился, но, видимо, недостаточно покаянно, а когда помощник принялся костерить киборга, вежливо его перебил, попросил адресовать претензии исключительно ему и вообще не материться при ребенке.
Помощник обиделся, в два глотка допил ром и сдержанно откланялся.
Стрелок неторопливо смахнул с коленей липкую сахарную крошку, облизнул губы.
– Надо было сделать это еще пять минут назад, – шутливо упрекнул он Кая.
Киборг озадачился. Прежде безотказный прием «выставь хозяина идиотом перед другими людьми» почему-то вызвал не негативную, а прямо противоположную и, что досаднее всего, искреннюю реакцию.
А может, Стрелку только показалось, что озадачился. Очень этого хотелось, вот и додумал.
* * *После обеда они отправились в магазин и накупили кучу всяких пайков и полуфабрикатов, в том числе три пачки «полюбившихся» Каю макарон.
Отказываться от посещений бара Стрелок не собирался, но лучше свести их к минимуму, раз в день и в самое безлюдное время.
У выхода из магазина их поджидала Лиза. Одна и какая-то понурая, без мяча.
– Дядя Стрелок, как вы себя чувствуете? – вежливо поинтересовалась она.
– Отлично, – бодро соврал Стрелок – спина все еще ныла, особенно к вечеру. – А где остальная банда? Неужели мороженым объелись?
Лиза неопределенно махнула рукой и страшным шепотом, как по большому секрету, сообщила:
– Родители им запретили к Каю подходить.
Говорят – он чокнутый…
Стрелок как будто снова вылетел из кресла, только теперь боль была не физической.
С разгромом квартиры и своей спокойной жизни он смирился, однако к выбору между Каем и станцией оказался не готов. Понятно, что родители боятся за своих детей, Юнни – за бар, а Ираклий – за все вместе, и причин терпеть соседство непонятного, потенциально опасного существа у них нет… но на душе все равно стало погано.
– А тебе?
– Ну… – Девочка зашаркала носком кроссовки, сосредоточенно разглядывая результат. – Дядя Стрелок, это же неправда, да? Никакой Кай не чокнутый, просто немножко странно себя ведет. А на самом деле он хороший.
– Конечно, неправда, – заверил ее Стрелок. – Видишь ли, у Кая сейчас… тяжелый период. Машиной он быть уже не может, а человеком – не хочет.
– Почему?
– Потому что это слишком трудно.
