Космоолухи: рядом. Том 2

– Может, просто накинуть на него мешок? – жалостливо предложила Полина.

– А есть ты его потом тоже в мешке будешь? – кровожадно возразил Тед. – Ты же сама только что рассказывала, что по интеллекту это помесь мухи с кабачком!

Гриб вел себя туповато даже для кабачка, не обращая внимания ни на споры над его пока еще живым плодовым телом, ни на павшую на него смертную тень.

– Поэтому гуманизм, – уверенно закончил пилот, – в данном случае выглядит вот так!

Молоток спружинил от рыжика, как от каучукового мяча, вырвался из руки Теда и улетел в кусты, а крекеры пилот от неожиданности выронил сам.

Когда пилот проморгался и отплевался от едких колючих крупинок, гриб уже исчез. Крекеры тоже.

– Да, это было очень гуманно! – согласилась покатывающаяся со смеху Полина.

Тед мрачно посмотрел на пустую упаковку, потом на невозмутимого навигатора и процедил:

– По-моему, этому грибу его название подходит просто идеально!

* * *Опята Полина нашла без помощи киборга – грибов было так много, что сплошь облепленное ими подножие вековой ели казалось вдвое толще. Но стоило девушке радостно завопить: «Парни, сюда!», как опята с громким «быр-быр-быр» взбежали по стволу на недосягаемую для грибников высоту и заняли там оборонительную позицию.

Полина посмотрела на Дэна, поняла, что тут все глухо, и с надеждой обратилась к Лансу:

– Может, слазишь за ними?

У «котика» сделалась такое лицо, словно он сейчас залезет в мешок и застегнется изнутри.

– Компания киборгов развращает? – иронично напомнил подруге Тед, подобрал шишку и запустил в опят.

«Быр-быр-быр» лавинообразно и крайне зловеще усилилось, как если бы на макушке ели сидел пчелиный рой. Проверять, на что он способен, резко расхотелось.

Перебравшись в поисках нехоженых мест через глубокий овраг, друзья наткнулись на колонию подберезовиков. Подрытое со всех сторон дерево давно погибло и накренилось, но упасть окончательно ему не давала сеть оплетающей ствол грибницы. Здоровенные грибы с крапчатыми мускулистыми ножками сидели у выходов из нор и пялились на людей круглыми и немигающими, как у акул, глазами.

– По-моему, они уже перезрелые, – малодушно сказала Полина.