– Дай аудиосвязь!
В динамиках зала управления захрипело, раздался металлический стон, будто беспилотник кто-то скручивал и он стонал от боли. Секунду спустя послышался хриплый басовитый кашель, превратившийся в гулкий человеческий голос:
– Вересов, ответь!
Рубкой завладела изумлённая тишина.
– Курт? – с недоверием спросила Елизавета.
– Рад слышать, дорогая, – отозвался обладатель хриплого баса с интонациями Шнайдера. – Жажду обнять на борту моей колымаги, которую вы называете Вестником. Садись на катер и лети ко мне.
– Ты с ума сошёл!
– Ага, – радостно захохотал Шнайдер. – Давно. Ты знаешь почему. Не надо было отказывать мне, и всё было бы по-человечески. А теперь придётся менять формат наших встреч.
– Ты о чём?!
Шнайдер снова захохотал. Было ясно, что он перевозбуждён, испытывает боль, ярость и гнев и готов сорваться в любой момент.
– Я сейчас самое могущественное оружие во Вселенной! Не вздумайте мне сопротивляться! Я знаю практически все схроны с уцелевшими боезапасами уничтоженных цивилизаций в нашей Галактике! Кстати, они есть и в Солнечной системе.
Так что если захочу – легко уничтожу Землю!
– Курт…
– Не перебивай! Вересов, выслушай ультиматум: сейчас же отправь мне девочку на катере, она моя, и я вас не трону! После этого бегите отсюда, пока целы! Даю два часа на размышление. Не выполните приказ – уничтожу! Ваш «Дерзкий» мне не соперник. А потом позабавлюсь с родиной человечества. – Шнайдер хрюкнул. – Запущу к ней боевые комплексы Нимфы, а защитные комплексы Земли пусть попробуют нейтрализовать атаку.
Вот будет потеха!
– Курт, – сказал Вересов.
– Заткнись, полковник! Ты меня сильно разочаровал и рассердил недавно, когда встал на защиту этого пацана – Ломакина. Тебе ещё придётся ответить за это. Да и ему тоже.
– Курт…
– Два часа! Время пошло! А я пока осмотрю мои новые хоромы.
Голос Шнайдера стал вибрирующим, утонул в писке помех.
По кораблю снова поплыла тишина…
10Ошеломление от прозвучавших угроз Шнайдера постепенно прошло. Иван начал искать выход из положения, прислушиваясь к тихим переговорам товарищей, потом попросил у Бугрова разрешения отлучиться.
– Пятнадцать минут, не больше, – ответил капитан, также вылезая из гнезда ложемента.
Вересов выбрался из «доспехов» вслед за капитаном, и оба они покинули зал управления.
Космолётчики посмотрели им вслед, но обсуждать действия начальства не стали.
– А ты куда? – спросил Леон Батлер у Ивана.
– Сменить памперсы, – пошутил Альберт Полонски.
