– Это дурацкий вариант! И вообще, малая давно уже сидит в своем универе, а тарелка продолжает за нами гоняться!
– Да, что-то тут не вяжется, – признал капитан. – Но поговорить с Анжеликой все равно надо.
– Поговорю, – нехотя пообещал Теодор, втайне опасаясь, что напарник окажется прав. – А вы, может, с нормальным копом поговорите? Ну, с Роджером?
– Глупо как-то по такой ерунде его дергать, – поморщился Станислав, ненавидевший пользоваться «личными знакомствами» по пустякам: получить без осмотра справку для бассейна или направление в санаторий, отвертеться от уплаты штрафа за неправильную парковку, родственника на хлебную должность устроить… Потом понадобится что-нибудь действительно жизненно важное, а ты уже осточертел друзьям хуже спама.
– Мелкое ж хулиганство, в сущности: царапина на борту, шашлык…
– А закопченный флайер? – возмущенно напомнил пилот.
– По местным законам это допустимая самооборона, я уточнил, пока вас допрашивали.
– Но это же они нам праздник испортили!
– А ты за ними погнался, они испугались и отстрельнулись.
– Приличные гуманоиды должны испугаться и полететь в полицию с просьбой защитить их от бешеных людей, а не портить людское имущество, – поддержал пилота Вениамин. – Сомневаюсь, что мы разминулись с ними в участке.
– А вы позвоните Роджеру и притворитесь, что просто соскучились, – посоветовала капитану предательски зардевшаяся Полина. – И будто между делом расспросите.
– Догадается. – Станислав и Сакаи были хорошими, но не настолько закадычными друзьями, чтобы трепаться по дорогущей межпланетной связи чисто ради удовольствия.
– Или подумает, что ты к нему неравнодушен, – опрометчиво пошутил доктор, и это решило дело.
– Через пару недель мы будем в секторе, который он патрулирует, встретимся вживую и поговорим, – постановил капитан. – А пока просто глядите в оба. Если эта тарелочка снова появится на горизонте, немедленно доложите мне и сделайте нормальную запись, а не такую, за которую нас первых арестуют.
– А вдруг они нас в следующий раз уже ракетами обстреляют? – зловеще предположил пилот.
– Тогда почему сразу не обстреляли? – скептически возразил Станислав. Теодор промычал что-то неопределенное и неубедительное в духе «пушки заклинили», и капитан потребовал: – Давай звони сестре, пока мы на планете! Я оплачу.
На Асцелле была уже глухая ночь, и выдернутая из постели Лика долго не могла понять, чего от нее хотят, но потом уверенно заявила, что с центаврианами не ругалась.
