Космос

 — Но кавказское гостеприимство в крови у моих родителей, даже матери, так что я вырос в шумном доме, где всегда кто-то гостил, а всех своих родственников, боюсь, я и не вспомню. Нас много, мы шумные и со здоровым аппетитом, — продолжал рассказывать. — Я даже опасаюсь знакомить тебя со своей семьёй, боюсь — ты испугаешься.

— Не уверена, что… — замялась.

— Ничего, — прижал к себе и шепнул: — Не всё сразу, кролик, не всё сразу.

Они ещё немного потанцевали, Стас прижимал Варю всё сильнее и сильнее, и она явно ощущала, почему он не может отпустить её от себя, во всяком случае, при свете фонаря.

Потом музыка стихла, оставшиеся экипажи стали разбредаться на отдых. День был выматывающий, а если верить устроителям, то завтрашний будет ещё сложнее, экстремальнее. Да и небо затягивалось тучками, намекая, что к утру возможен дождь.

— Варь, — тихо произнёс Стас, когда отошёл с ней от света, и они остались в темноте спящего палаточного городка, где только кое-где раздавались приглушённые разговоры. — Если я попрошу тебя сойти с дистанции, ты меня послушаешь? — почему-то даже в темноте Варя отлично увидела взгляд Стаса.

— Нет, — ответила честно.

— Я тоже могу сойти, кролик. Откажусь.

— Ты с ума сошёл? — даже повысила голос. — А Рома?

— Он поймёт, — твёрдо сказал Григорьев. — Это неважно, я не хочу, чтобы завтра ты лезла в болото, — поморщился. — Ты представляешь, что это такое? Вайдерсы не помогут, забродники тоже… Варь, зачем тебе это?

— Я должна, — отвернулась. — Мне просто надо пройти этот маршрут.

— И выиграть?

— И выиграть, — кивнула.

 — Я же не дурочка, и Сашка тоже, мы обе понимаем, что завтра будет адово, но не попытаться не можем. Скорей всего, ничего у нас не получится, — обречённо вздохнула. — Но я должна пройти это дурацкое болото.

— Должна промокнуть с ног до головы в холодной воде, быть покусанной здоровенными комарами, слепнями, может, наткнуться на парочку змей, надорваться, таща лебёдку по зыби или пристраивая хайджек по шею в грязи?

— Да, — Варя вздрогнула, но кивнула.

Умом она понимала, что ничто не заставляет её лезть в это месиво из грязи и кислот фосфора — разложившихся растительных веществ, — мёрзнуть — уже не жаркое лето, — и позволять летающим тварям себя почти сжирать… никакой репеллент не поможет.

О змеях Варвара Белицкая не думала сознательно, убедив себя, что те испугаются звуков автомобилей и отползут на безопасное расстояние.

Но в то же время понимала, что вряд ли она запомнит хоть что-нибудь или осознает до самого конца.