Кот, который играл в слова

– Показаться доктору? Обойдёмся без рекламы! – улыбнулся Квиллер. – Я эту его рекламу наизусть знаю.

Она закрепила повязку и полюбовалась делом рук своих.

Сестричка придала перевязке приличный вид. Культя не способствовала работе Квиллера на машинке, зато эффектно иллюстрировала его рассказ, когда он в тот вечер предстал перед публикой в пресс-клубе. У необыкновенно большого числа штатных сотрудников «Прибоя» к пяти тридцати развилась сильная жажда, и в баре вокруг Квиллера образовалась толпа.

Квиллер сказал с едва прикрытой гордостью:

– Это Коко надоумил меня насчёт мистификации. Лизнул одну из банзеновских фотографий и привлёк внимание к секретному отделению.

– Я применил боковое освещение, – пояснил Банзен. – Установил свет слева от камеры, под прямым углом – и она выявила тонюсенькую щёлочку. Камера её усекла, а вот глаз в жизни бы не усёк, что она там есть.

– Когда я обнаружил потайное отделение, набитое нефритом, – продолжал Квиллер, – то так обалдел, что не услышал, как вошёл Тейт. Первое, что я осознал, – орёт кошка, а этот тип идёт на меня с эскимосским гарпуном, с такой вот пикой. – Он, преувеличивая, отмерил руками дюймов двенадцать. – Коко рычал. Кошка с визгом летала вокруг. И этот маньяк, надвигавшийся на меня с пикой! Всё смешалось. А потом – крррахх! Тейт рухнул ничком.

– Расскажи им, – вмешался Арчи Райкер, – как твой кот взял его в плен.

Квиллер помедлил, раскуривая трубку, покуда публика ждала самой важной части рассказа.

– Коко был на длинной привязи и бегал по кругу с дикой скоростью – всё, что я разглядел, было вроде как колечко табачного дыма, крутящееся в воздухе. А когда Тейт грохнулся на пол, ноги у него были аккуратно связаны двенадцатидюймовым шнуром.

– Дурдом! – бросил фотограф, – Эх, не было там меня с кинокамерой!

– Я подобрал нефритовую пику и удерживал Тейта на полу, пока вызывал полицию по тому французскому телефону на золочёной подставке.

– Уж когда ты что-то делаешь, то делаешь первоклассно, – заключил Банзен.

Затем из полицейского управления приехал Лодж Кендал."

"– Квиллер был всю дорогу прав, – говорил он всем и каждому. – Мальчик-слуга невиновен.