Кот, который играл в слова

Я хочу, чтобы в кадре была Фрейя!

Фотограф глубоко вздохнул:

– Я пользуюсь специальным объективом. Кошка будет выглядеть крохотной точкой, если вы не поставите её прямо перед камерой. И потом, она будет двигаться и сбивать настройки.

Голос больной стал пронзителен:

– Если вы не можете снять так, как я хочу, не снимайте вообще!

Муж подошёл к ней поближе.

– Успокойся, Сайни, – сказал он и мановением руки удалил остальных из комнаты.

Когда газетчики уезжали с Тёплой Топи, Банзен сказал:

– Не забудь вписать эти снимки мне в платежку.

Работёнка сущее дрянцо! Да понимаешь ли ты, что я три часа работал без перекура? И эта щипаная курица в кресле на колёсах была последней каплей! К тому же не люблю я снимать кошек.

– Это животное было необычайно нервозным, – отозвался Квиллер.

– А вот Паоло мне очень помог. Я ему сунул парочку баксов.

– Кажется, он милый малыш,

– Он по дому тоскует. Копит, чтобы вернуться в Мехико. Ручаюсь, Тейт платит ему одним арахисом.

– Лайк мне говорил, что его коллекция тянет на семьсот пятьдесят тысяч долларов.

– Это меня бесит, – сказал Банзен. – Человек вроде Тейта может ухайдакивать миллионы на чайники, а я с трудом оплачиваю счета за молоко.

– Вы, женатики, воображаете, что самая печальная судьба досталась именно вам, – упрекнул его Квиллер. – По крайней мере, ты едешь домой! А погляди на меня: живу в меблированной квартире, питаюсь в забегаловках и вот уже месяц не имел приличной свиданки с дамой.

– У тебя же всегда есть Фрэн Ангер!

– Издеваешься?

– Мужчине твоего возраста нельзя быть чересчур разборчивым.

– Хха! – Квиллер на дюйм втянул живот и расправил усы. – Я всё ещё подумываю о подходящей кандидатуре, но дефицит женщин, кажется, всё растёт.

– Ты уже подыскал себе новое жильё?

– Некогда мне было искать.

– А почему бы тебе не озадачить этой проблемой твоего смышлёного кота? Дай ему газету с объявлениями и позволь сделать несколько телефонных звонков!

Квиллер хранил молчание.

ЧЕТЫРЕ

Первый выпуск «Любезной обители» печатался чересчур гладко.

Арчи Райкер даже сказал, что это дурной знак. Обошлось без купюр, оригинал-макет был само совершенство, разбивка оказалась идеально выровнена, а гранки – просто сверхъестественно чистыми.

Журнал отправился к читателям в субботу вечером вместе с воскресной газетой. С обложки сверкала яркой петрушечной зеленью и грибной белизной неповторимая резиденция на Тёплой Топи. Редакционные страницы были щедро прослоены объявлениями о матрацах и стиральных машинах.