Когда она мчалась на мотоцикле по Выборгскому шоссе, в голове не было никаких мыслей, кроме одной: убраться подальше от здания школы, не слышать больше выстрелов, автоматных очередей и взрывов гранат.
Она бросила мотоцикл в городе, в безлюдном переулке, и добралась на общественном транспорте до этой крошечной квартирки, которую сняла с большими предосторожностями на короткий срок. Ей нужно было место, где она могла бы скрыться ненадолго, прийти в себя и изменить внешность после того, как большие деньги будут у нее в руках.
Она задумала эту операцию от полного отчаяния, когда ее любовника, крупного криминального авторитета, когда-то очень могущественного человека, разбил паралич.
Она была ему не только любовницей, за долгое время их знакомства она сумела стать ему необходимой и была полностью в курсе всех его дел.
И она прекрасно понимала, что со смертью Евгения Масленникова ее власти придет конец. Да и жизнь ее может быть в опасности, потому что она знала слишком много такого, чего не должна знать женщина.
Авторитет был еще не старым человеком, поэтому болезнь застала его в самый неподходящий момент. Дела его были в беспорядке, свободных денег в наличии не было, так что Алла после его смерти осталась бы, что называется, у разбитого корыта. То есть кое-что ей удалось, конечно, унести в клюве, но это были такие крохи…
Алла вовремя приняла меры, чтобы болезнь авторитета не стала достоянием гласности. Она устроила его в закрытую больницу за городом, поставила свою собственную охрану, ездила к нему только сама для того якобы, чтобы привезти инструкции и приказы.
Разумеется, долго такое положение вещей продолжаться не могло, правда неминуемо выплыла бы наружу.
И тогда Алла задумала похитить деньги у самого Черепа. Операция была неслыханной наглостью, но Аллу обуял азарт. В случае успешного присвоения денег Алла намеревалась скрыться, а двух главных соучастников нужно было убить. Если бы Череп все же что-то заподозрил, то явился бы разбираться к Масленникову, потому что никому не могло прийти в голову, что Алла действует на свой страх и риск.
Авторитету же ничего повредить уже не могло, он вел почти растительное существование в своей элитной палате, и врачи говорили, что сердце его долго не выдержит.
Расчет Аллы строился только на безумной наглости всего предприятия. Она решила, что ей нечего терять, но как же она ошиблась. Ошибаться она начала давно, когда выбрала двух участников будущей операции.
