— Я же говорила, что все они настоящие! — воскликнула я победоносно.
— Все? — тут же заинтересовался Раван. — Ты видела кого-то еще? Или он и сейчас сидит где-то здесь?
— Раван, а это кто? — суфлерским шепотом спросил перепуганный пацан, буквально добивая меня.
??????????????????????????
— Да так, не обращай внимания, неместная сумасшедшая, — простонала я, желая провалиться прямо на этом месте.
— Мы опаздываем, Дастин, на ходу расскажешь, что стряслось, — скомандовал Раван и, подхватив пацана под локоть, сбежал на тропинку, таща мальчишку за собой прицепом.
Я на несколько секунд замешкалась. Выйти, когда уже светает, на террасу в компании спокойного Талисмана — одно. Отходить от таверны в еще спящий сумрачный город — другое. А вдруг нежить? С другой стороны, парнишка-то как-то добрался до нас. Везучий? Знает безопасные тропки? Тоже нежить или нечисть?"
"Пока я собирала мысли в кучу, они ушагали на десяток шагов.
Пришлось практически бежать следом, чтобы догнать. Раван даже не обернулся, с сосредоточенным видом выслушивая сумбурную речь мальчонки.
А меня внезапно посетила очередная бредовая мысль. Что Раван живет один, не означает, что у него нет детей. А посему вопрос: а не прилетит ли мне люлей от его зазнобы?!
Глава 22
Пока я осмысливала семейный статус своего работодателя и истинные причины, почему эта мысль пришла мне в голову, а также сопоставляла примерный возраст Равана и мальчишки, мы успели вывернуть на проспект.
Думаю, Дастин, или Дастан, скорее младший брат, чем сын. Даже если бы Раван вдруг стал отцом в пятнадцать лет, его ребенок выглядел бы сейчас младше…
Мы прошагали еще немного вперед, и в ближайшем проулке я увидела лошадиную морду. Лохматая кобылка неопределенно-бурого цвета со свалявшейся гривой уныло подергивала ушами, пока извозчик дремал на облучке.
Было непонятно, что он тут делает, зачем мучает животное и сам не спит сладко в теплой кровати, однако ответ напрашивался: извозчик упрямо ждал то ли припозднившихся клиентов, то ли. наоборот, ранних.
Учитывая, что он тут был один, цену он мог заломить до небес. Впрочем, платить Равану.
