Котоводство по-рыжему

Над этим постоянно подшучивали все, кроме мачехи. Она наблюдала, оценивала, иногда ее взгляд вспыхивал каким-то особым светом… Порой было жутковато, освещение так падало, что ее большие глубокие глаза чуть ли не как у кошки в темноте светились. Но стоило мне моргнуть, а ей чуть изменить положение головы, как я понимала – показалось.

Но сейчас, вспоминая все эти случайности, я думала, а может, и не показалось. Если я умудрилась прожить бок о бок с говорящим котом и ни разу не заподозрить в нем не то что умения говорить, но даже проблеска настоящего разума…

Маргарита Фридриховна была ведьмой.

Ох, мамочки! И ведь ни я, ни папа ни о чем таком не подозревали. Ведь да? Папа же не мог этого знать? Или знал? Ой-йо! А вдруг она приворожила папулю? Да ну нет. Глупости. Она сама его очень любила, все это видели. И никогда не была к нему и ко мне несправедлива или груба.

Собрав имущество Маркиза, я вынесла все ко входной двери и снова прошлась по квартире. Постояла в своей прежней комнате. Заглянула к девчонкам. Заодно положила на письменный стол Катарины ее браслет с топазами, который отыскала за ножкой комода в гостиной.

Потом вернулась в комнату мачехи. Замерла у ее портрета. На нем женщина была еще совсем молодая, ослепительно красивая, холеная. Покрутилась, пытаясь понять, хочу ли я взять что-нибудь на память, как разрешила сводная сестра. Ничего ценного, конечно. Мне не хочется, чтобы меня потом обвинили в том, что я утащила нечто антикварное или безумно дорогое.

Взгляд остановился на шаре из горного хрусталя на серебряной треноге.

Шар и шар. Я думала, это просто предмет интерьера. Но если мачеха была ведьмой… Так, может?..

Я осторожно коснулась хрусталя кончиком указательного пальца. Кожу кольнуло статическим электричеством, но больше ничего не произошло. Тогда я обхватила его двумя ладонями, аккуратно подняла и перенесла на кровать. Потом взяла треногу-подставку.

– В шкафу на полочке возьми футляр от шара, – заглянул в спальню своей усопшей хозяйки Маркиз.

Я от неожиданности дернулась.

– Привыкай, – флегматично ответил кот. Сел на пороге, не входя, и обвил лапы хвостом.

– А что бы ты делал, если бы я не приехала тебя забрать? – спросила я, открывая шкаф.

Точно, на полке рядом со стопой вязаных джемперов стоял черный кожаный короб с серебряным замочком.