Коварная ложь

Я не выбирала своих родителей, но я могла выбрать, прикусить или нет язык, и я была чертовски уверена, что не стану этого делать.

Тон Нэша был жестче натянутой проволоки.

– Насколько я помню, у тебя двое родителей, и твои оправдания менее занимательны, чем эпизод «Семейства Кардашьян».

– Я не разговаривала с отцом четыре года.

Это заставило его замолчать. На целых две секунды.

– И я плачу тебе больше сорока тысяч. Я понимаю, что это ничто для избалованной принцессы, которая всю свою жизнь прожила в позолоченном замке, но есть ли в твоем теле хоть капля ответственности?

– Да.

Я развернулась, вцепившись в свой горчичного цвета поднос, как в спасательный круг. Я до боли прикусила язык, чувствуя во рту вкус крови и разочарования. Множество глаз уставилось на меня, но я была не из тех, кого унижает массовое осуждение.

Нет, меня трогали и выбивали из колеи лишь карие глаза и быстрый, как хлыст, язык.

Когда я взглянула на свою еду, она показалась мне жалкой.

Индейка дразнила меня.

Она выглядела сухой.

Теперь моим тотемным животным был даже не чихуахуа по кличке Мучача.

Это был грязный, жалкий кусок индейки, который я все же намеревалась съесть, потому что была голодна и в отчаянии, и два удара сердца отделяли меня от того, чтобы бросить все и побежать к Вирджинии с протянутыми ладонями с собственным поводком в них.

Но Нэш был прав в одном.

Я была принцессой, и я поменяла свои бальные платья на поля сражений.

Он начал битву, но я выиграю вой ну.

Насмешки Нэша задели меня, но я проигнорировала его, потому что он не заслуживал этого. Он пялился на меня со своего места на диване.

Охотник, довольный тем, что выслеживает свою добычу.

Моя погоня за статуей Сизифа была для меня не столько наказанием, сколько отсрочкой от общения с Нэшем. Теперь я должна была сидеть в этом офисе весь день, а он смотрел на меня так, словно не был уверен, как бы он хотел убить меня.

Я старалась избегать столовой в часы пик в течение недели после нашей стычки, но во время работы я все еще вынуждена была сидеть с ним в одной комнате.

– Я просто говорю, что вы с Нэшем всегда вцепляетесь друг другу в глотки, я никогда такого не видела. Никто не может противостоять ему, – Ида Мари говорила шепотом.

Она поправила швейную машинку.