Коварный обольститель

Когда же ему было приказано еще и ухаживать за мистером Орде, он лишь чопорно поклонился в ответ и стал искать утешения для своего уязвленного достоинства в том, что обращался с незадачливым молодым джентльменом с чрезмерной пунктуальной вежливостью. Поэтому вскоре бедный Том принялся умолять Сильвестра поручить его попечению не столь опытного, зато куда более покладистого Уилла Скелинга. Не прошло и сорока восьми часов, как Том избавился от застенчивости в отношении Сильвестра и стал с радостью полагаться на него во всем; а спустя какой-нибудь час после этой шутливой жалобы он уже сурово выговаривал герцогу за то, что тот с чрезмерной жестокостью отреагировал на нее.

– Одному Господу известно, что вы сказали этому бедняге, но, знай я об этом заранее, ни словом бы вам не обмолвился! – заявил он. – Я готов был сквозь землю провалиться! Он явился сюда, чтобы умолять меня о прощении, поведав мне душещипательную историю о том, что в силу обстоятельств чувствует себя не в своей тарелке, и выразил надежду, что у меня не появится более повода вновь жаловаться вам! Боже! Клянусь, еще никогда в жизни мне не было так стыдно! Вы выставили меня жалким интриганом, Солфорд! Или вы пригрозили рассчитать его лишь за то, что он не хотел ухаживать за мной?

– Ты напрасно полагаешь меня настолько бесцеремонным и высокомерным, Томас.

– Ах, вот оно что! – воскликнул Том. – Ничего удивительного, что он выглядел как приговоренный к казни! И после этого вы еще смеете утверждать, будто вам не свойственно высокомерие! Чтоб вы знали, я склонен полагать вас настоящим феодалом!

Его слова вызвали у Сильвестра смех.

– Что заставляет вас так думать? – спросил герцог. – Я плачу ему весьма недурное жалованье.

– Но вы же нанимали его не для того, чтобы он ухаживал за мной!

– Мой дорогой Томас, а разве у него есть иные заботы? – с некоторым даже нетерпением прервал юношу Сильвестр. – Вся его работа для меня в этой богом забытой таверне не может отнять у него более двух часов в день из двадцати четырех!

– Все так, но ведь он – ваш камердинер, а не мой! С таким же успехом вы могли приказать ему вычистить своих лошадей или подмести пол.

– Только не в моих глазах.