– Только не надо мне говорить, что не знаете!.. Это точно не наш нож, стало быть, кого-то из вас.
– Где? – Сергей Васильевич высунулся из-за Володи и поднялся, отодвинув стул. – А, так это мой! А я всю голову сломал, сунул куда-то и забыл! Вот спасибо тебе, Кузьмич, он для меня как родной, ножик-то!
– Как он попал в «оружейную»?
– Куда попал? – не понял Сергей Васильевич.
– Эх ты! – засмеялся Антон. – Столько времени здесь живешь, а не знаешь, что у них на кордоне все комнаты с названиями. Есть «оружейная», есть «медицинская».
А где книжные полки – библиотека, а еще есть…
– Что вы там делали? – перебил его Кузьмич.
– Где? – преданно переспросил Сергей Васильевич. Может, на самом деле не понимал, а может, ловко притворялся.
– В «оружейной» ничего нет, кроме радиоаппаратуры. Вы зачем туда заходили? И когда?
– Дак ведь я так и не вспомню, зачем да когда!.. Заходил, точно заходил, а вот… зачем… Шут его упомнит.
– Нож на полке лежал. Вы там что-то делали, Сергей Васильевич! Что вы там могли делать?
Тут Володя вдруг вспомнил, что он руководитель группы.
– Это что? Допрос? – И тоже поднялся. – Или этим ножом было совершено преступление?"
"– Володь, погоди ты, не горячись, – забормотал Сергей Васильевич, поглядывая на Кузьмича. – Какое еще преступление, Виноградова вовсе другим ножом зарезали, ты что, не помнишь?.. Я заходил… когда ж я заходил?.. наверное, поглядеть чего-нибудь. Убей меня, не вспомню, Кузьмич!.. А нож мой, точно мой.
Кузьмич кинул ему нож, тот поймал.
– Приметный такой ножичек, – сказал Павел. – Ты бы на нём еще свою фамилию вывел.
Тут Сергей Васильевич вдруг улыбнулся широко, открыто, так, что морщинами собрался лоб.
– Так ведь он и без фамилии приметный, Паша, друг мой ситный!..
Он подтянул рукава тельняшки и аккуратно пристроил нож в наколенный карман бездонных брезентовых штанов.
– Татуировки у вас тоже приметные, я тоже такие хочу, – сообщил Петечка. – Где такие делают?
– Тебе еще рано. Подрастешь, покажу.
– У вас есть еще вопросы? – спросил Володя строго.
– Или вы установили истину?
Алла так и не поняла, что случилось.
Зоя Петровна вдруг сорвалась с места и побежала, а за ней рванулся Кузьмич, так что опрокинулся тяжеленный, будто чугунный стул.
Сергей Васильевич привстал с места и переглянулся со Степаном. Петечка поперхнулся и закашлялся, а Марина ойкнула, как Женька, и уронила книжку.
Алла, на ходу натягивая пуховик, вывалилась на крыльцо, зажмурилась и остановилась.
