– И связки не порваны! Конечно, хорошо бы на рентгене просветить…
– Может, у них тут есть рентген?
Алла по очереди заглянула в каждый шкаф – за стеклом сложены какие-то коробки с лекарствами – и обернулась к Марине.
– Что это у них за препараты?
Та пожала плечами.
– Какая нам разница, Алла? Володь, я забинтую, и можешь вставать. Еще дня три поболит и совсем пройдёт.
– Сейчас… больно.
– Понятно, что больно, ты же ее сильно потянул! Но наступать сможешь.
– Зачем в доме среди леса специальная медицинская комната? – спросила Алла.
– Наверняка у них тут тоже бывают растяжения связок, может, и переломы! – ответила Марина.
– У них есть свой врач? И он здесь делает операции?
– Да какое наше дело, Алла Ивановна? И это никакой не операционный стол, да будет вам известно. Это самая обыкновенная массажная кушетка! Очень современная, с электрическим приводом.
Словно подтверждая свои слова, Марина нажала какую-то педаль на полу, и современная массажная кушетка стала плавно опускаться вместе с Володей.
– Спасибо тебе, Марин.
Алла скомкала грязные бинты и поискала глазами, куда их выбросить.
– Пойдем, кофейку попьем. У них тут отличный кофе, «Лавацца»!
Володя спустил ноги с кушетки и нашарил на полу низкие обрезанные валенки.
– Мне нужно поговорить с группой, – сказал он мрачно, на манер Степана, и Алла Ивановна подумала, что сейчас будет скандал и разбирательства на тему, кто из них командир.
Ничего более глупого и неуместного на кордоне «полста-три» нельзя было придумать! Сейчас «лесные люди» мигом объяснят Володе, кто тут на самом деле «руководитель группы», и ему или придется подчиниться или затеять революцию.
В том, что революция захлебнется, Алла была уверена, и унижение и без того униженного провалом экспедиции Володи ей решительно не нужно. И никому не нужно!..
Надо как-то дотерпеть до Москвы, а там, прямо в Домодедове, по прилете рейса из Екатеринбурга разойтись в разные стороны и больше не вспоминать друг о друге.
Желательно также забыть навсегда о том, где именно находится Приполярный Урал и кордон «полста-три».
Алла отперла хлипкую белую створку, метнула взгляд на полуоткрытую дверь, нет ли за ней болотных духов, и достала коробку с длинной иностранной надписью.
– Марин, это что такое, посмотри?
Марина небрежно взяла коробку и покрутила так и эдак.
– По-моему, для суставов. То ли разогревающее, то ли, наоборот, заморозка какая-то. Положите на место, Алла Ивановна.
