Коза дракону не подруга

Я поняла, что если еще хоть на минуту задержусь здесь, то разревусь, как последняя идиотка. Глотая слезы, я через три ступеньки бросилась наверх.

Глава 24

Весь следующий день я не могла найти себе места. Я послушно оставалась дома, как велел Мериваль, но тишина и безмолвие пустых комнат меня угнетали. В окна заглядывало подслеповатое, не греющее декабрьское солнце. В саду среди ветвей маячили фигуры двух соглядатаев. Интересно, кого они подстерегали: меня или Фонтероя?

Утром я выскочила из дома только за газетами, не дожидаясь, пока это сделает Батлер.

От броских заголовков похолодели ладони: «Беспорядки на Дорсет-стрит!», «Лорд-Дракон на стороне бунтовщиков!» Поговаривали даже об аресте и заключении в Холодный дом. Когда Батлер принес кофе, он застал меня, сидевшую с потерянным видом над желтоватыми листами. Дворецкий успокаивающе заметил:

– Не переживайте так. Все давно привыкли, что в газетах нет ни слова правды. «Горлодеры» готовы тиснуть любую чушь между объявлениями о петушиных боях и пропаже собаки, зная, что им все равно не поверят.

Такой товар, как правда, слишком плохо продается в Эшентауне, поэтому для газет куда важнее крик и суета…"

"Все так, но сообщение об аресте целый день не выходило у меня из головы. Теперь я ждала Мериваля с еще большим нетерпением. Чтобы скрасить уныло тянувшиеся часы, я написала письмо Селине, приложив к нему расписку Меллинга и двести фунтов, затем отослала все это на Квендич-сквер. Поэт и его невеста могли больше не бояться Скрупа, и я надеялась, что им хватит решимости отстоять свое счастье.

Теперь все было в их руках.

От письма меня отвлекла миссис Бонс, готовившая тесто для рождественского пудинга. По обычаю, каждый из домашних должен был помешать тесто и загадать желание. Батлер с Агатой наотрез отказались украшать опустевший дом пучками остролиста и веточками омелы, но уж пудинг, по мнению миссис Бонс, должен быть обязательно, иначе весь следующий год, того и гляди, получится несчастливым!

Мы все послушно столпились в тесной, жарко натопленной кухне, чтобы по очереди помешать тесто, важно всходившее в огромной кадушке.

Я зажмурилась и горячо пожелала, чтобы у Кеннета все сложилось благополучно и никто – ни солдаты, ни дракон, ни манерная Кларисса – никогда не смог бы поймать его в ловушку. В кухне вкусно пахло масляным печеньем и ванилью. Над кадушкой мы нечаянно соприкоснулись руками с Агатой, и обе смутились. С того дня, когда Нед неудачно сделал ей предложение, мы почти не разговаривали.