Возле подъезда Василиса обняла подругу, ткнулась ей в макушку длинным носом, хлюпнула и, вытащив из кармана огромный, точно скатерть, платок, приложила его к глазам.
– Ступай, девочка моя! Дай бог тебе счастья… и денег побольше.
Люся подобрала полы пальто и понеслась на этаж миллионера."
"Матвей Артемович открыл сразу, помог раздеться и остолбенел. Иного Люся и не ожидала – сегодня она была королевой! Кипенно-белый блузон Василисы доходил Люсе до колен и загадочно скрывал формы. Складки на нем Василиса еще вчера накрахмалила киселем, и они теперь торжественно торчали, будто пластиковые панели.
Юбка – черная, узкая и длинная – полностью скрывала ноги и эротично зазывала разрезом сзади (юбочку еще в десятом классе шила Ольга, и только сегодня Люся не пожалела, что ее не выкинула). А прическа! Василиса назвала ее «весенние грозы», полчаса парилась, начесывая подругу, и теперь Люсенька даже стала на голову выше. А макияж! Глаза подведены, ресницы накрашены, Василиса даже тонального крема не пожалела.
Стоит ли удивляться, что несчастного «денежного мешочка» едва не хватил инфаркт. Сам он, к слову сказать, выглядел не так достойно: простенькие брючки с пояском вместо ремня, фланелевая рубашка и бурно колосящиеся бакенбарды, которые вышли из моды сразу после гибели Пушкина.
– Люсенька… Люся… пройдемте… даже не знаю, куда вас и пригласить. В той комнате у меня внук. Пойдемте на кухню! Вы не против пройти на кухню?
Люся только хотела плавно проколыхаться на кухню, как из комнаты выскочила афганская борзая и кинулась на грудь гостье целоваться.
– Куся! Кусенька! – нервно хихикала Люся, стараясь сохранить макияж, который стремительно исчезал под языком собаки. – Куся же… Ты помнешь мне… блузон…
– Да ничего-ничего, видите, как она радуется! – умилялся Матвей Артемович, блестя старческими слезами. – Вот так бы век на вас смотрел, не нагляделся.
– Давайте уж ближе к делу, – прервала сентиментальную часть Людмила Ефимовна, заскочила в кухню, втащила туда жениха и плотно закрыла дверь.
Хозяин проводил печальным взглядом оставшуюся за дверью собаку, потом вздохнул и стал быстро выставлять на стол угощение. Появилась заляпанная масленка, потом пузатая сахарница без крышки, карамельки, пряники… В общем, мужчина достойно подготовился к встрече с женщиной, однако Люся несколько иначе представляла себе застолье с миллионером.
– Не будем тянуть время, давайте сразу к делу, – серьезно начала Люся, отодвинув чашку. – Я согласна выйти за вас замуж.
