Конечно, Ирина из ревности наговорила на нее черт знает что, однако ж сегодня предстоит встреча с этим невыносимым Хлебовым, и тот будет в весьма пикантной ситуации. Просто необходимо его добить своей неотразимой внешностью!
В девять подруги уже звонили в дверь к Ольге. В квартире глухо гавкали огромные красавцы – Арс и Карл, торопили хозяйку впустить дорогих людей.
– Сейчас! Сейчас… – Ольга наконец открыла дверь. – Вот, мама, здесь две.
Она протянула матери конвертик, а потом вдруг обиженно надула губки:
– Ма, а мы с Володей за тобой в пятницу заезжали, ты где была? Обещала ведь дождаться!
Василиса уставилась на Люсю.
– Так я… я раньше ушла… вы приехали, а меня уже и не было, – изворачивалась Люся.
– Что ты за человек, подождала бы лишних пять минут, доехала бы как королева, – покачала головой Ольга, но больше расспрашивать не стала, знала, что сегодня подруги торопятся.
Дочь не расспрашивала, однако от Василисы так легко отвертеться не удалось.
"
"– Ну? И куда тебя носило? – толкнула она подругу в бок, когда уселись в автобус. – Ты мне-то не сочиняй. Как это ты могла Ольгу пять минут не подождать, если у тебя с баяном беда случилась – ремень оторвался? Зачем от дочери пряталась? Или ты мне специально сказала, что не можешь гармошку тащить, чтобы за Хлебовым не следить?
– Да как тебе такое в голову пришло?! – обиделась Люся. – Да я, если хочешь знать, в этом подвале чуть жизни не лишилась! Я специально тебе не говорила, чтоб не тревожить, а на самом деле… Ты бы только знала!.
.
И Люся рассказала подруге, как ее схватил какой-то мерзавец и сколько страху она натерпелась. Люся так увлеклась, что не заметила, как голос ее становился все громче и громче, а к их с Васей разговору уже с интересом прислушивалось пол-автобуса.
– Понятно теперь? – закончила она.
– Нет! Не понятно, – раздался скрипучий голосок незнакомой бабульки. – И хто жа тот был, хто табе рот-то схватил? Домовой, никак?
– Ты, бабка, не мели ерунды! Грабитель это был! – предположил махонький дядька с большущей сеткой на коленях.
– Надо было его так: хрясть ногой, а потом локтем – дэнц! А затем вот сюда, больно так – бздынь! Ну ни на что сейчас женщины не способны!
Пассажир разошелся не на шутку: размахался коротенькими ручками, с чувством дрыгал ножкой, и возле него образовалось свободное пространство.
