Козырной туз

Моя горничная не стала бы надевать платья, которые она носит.

– Я подумал, что твоя горничная вполне могла бы переделать кое-какие твои старые наряды, обновить их по последней мо…

– Мои наряды? Я еще должна отдавать этой замухрышке свою одежду? Мало того что я лишилась своего жениха, что она желает занять мой дом, так еще и собирается снять с меня последнюю рубашку? – Леди Люсинда схватила с каминной полки статуэтку пастушки из китайского фарфора. Герцог подозревал, что она взяла ее в руки вовсе не для того, чтобы стереть с нее слой пудры.

– Нет-нет, моя киска! Кард даст нам денег на приобретение для нее новой одежды. Если она воспользуется некоторыми твоими старыми платьями, у нас останутся деньги на приобретение нарядов для тебя.

Леди Люсинда поставила пастушку на место и перестала вышагивать по комнате.

– Это так, Люси. Ты же всегда любила ходить за покупками, поэтому тебе понравится делать это вместе со своей подругой.

– Но ведь мне придется терпеть ее рядом постоянно – днем и ночью.

– Недолго. Сезон подходит к концу, и все интересующие нас персоны уедут в свои деревенские именья. Кто знает, может быть, к тому времени мы уже отдадим малышку замуж.

– Что? Она выйдет замуж раньше меня? – в гневе вскричала Люсинда, снова схватив статуэтку.

– Успокойся, крошка. Не забывай, что ты леди.

– Незамужняя леди. Стареющая незамужняя леди, чей отец проиграл в карты почти все ее приданое.

Теперь его светлость почувствовал еще более сильные угрызения совести, чем при упоминании дочери о доярке.

– Но теперь, после того как Кард простит мне мои долги и добавит кругленькую сумму, я смогу наконец отыграться, даже после того, как выплачу остальные долги и кое-что заплачу торговцам.

– Горничная угрожает, что, если ей не выплатят жалованье, она уйдет.

– Мой слуга тоже. Ну и слуги! Никакой верности, правда? Как бы то ни было, с теми деньгами, которые мне дает Кард, я смогу вернуть наше состояние.

Фарфоровую пастушку постигла печальная участь. У нее больше не было головы, не хватало одной руки и части ноги.

– Ха! Вероятность того, что ты вернешь наше состояние, так же мала, как возможность превратить Элеонору Слоун в стильную даму.

Но шанс Люсинды влюбить в себя лорда Карда был еще меньше, практически нулевой. Герцог это понимал. Его дочь тоже. Это понимал даже Редферн, который подслушивал за дверью.

– Нам обоим надо попытаться, крошка.