Козырной туз

Как же так? Я думала, в эту пятницу мы с тобой посетим деревенское собрание, сходим в церковь, пройдемся по магазинам. С Манчс-Хилл открывается прелестный вид на деревню. Там прекрасное место для этюдов. А на завтрашний чай нас всех пригласила миссис Маони.

Люсинда одарила Нелл ледяным взглядом.

– Двух дней, проведенных в деревне, более чем достаточно, – заявила леди Люсинда. – Вполне хватило бы и полдня. Я хотела уехать сегодня же, но отец сказал, что мы не доберемся до приличной гостиницы раньше ночи.

– Да ты радоваться должна.

Нелл бросила взгляд на горничную, которая, сделав торопливый реверанс, воспользовалась моментом и выпорхнула из комнаты.

Нелл подняла шляпку с перьями, опасаясь, как бы леди Люсинда, в гневе швырявшая в чемоданы одежду, не наступила на нее.

– Я думала, граф поедет с вами.

– Так я тебе и поверила! – Леди Люсинда бросила пару атласных туфелек в чемодан, который лежал у ног Нелл.

Нелл поймала туфли и аккуратно положила рядом с чемоданом, ожидая, что горничная принесет оберточную бумагу.

– Хочешь – верь, хочешь – не верь, только не все стремятся заманить в ловушку бедного мужчину.

– Бедного? Ты еще глупее, чем я думала! Сначала отвергла ухаживания нашего дорогого мистера Пибоди, самую респектабельную партию, на какую только ты можешь рассчитывать. А затем с легкостью отказываешься от шанса, который может выпасть раз в жизни. Но жалеть «бедного» Карда так же смехотворно с твоей стороны, как и иметь на него виды.

Нелл свернула скомканную шаль, которая лежала в чемодане.

– Уверяю тебя, я не имею на него видов, даже если бы он соизволил обратить на меня внимание, что само по себе нелепо, как мы обе прекрасно понимаем. Лорд Кард не в моем вкусе. Не нахожу в нем ничего привлекательного.

– Да, он носит уродливые очки, и у него слишком большой нос, – согласилась леди Люсинда. – Что еще тебе в нем не нравится?

– Он не может похвастаться мужеством. – Редферн сообщил Нелл, что Алекс, вместо того чтобы лично сообщить герцогу и его дочери о своем решении, послал им записку.

Леди Люсинда принялась опустошать ящики.

– Тьфу! На честность и мужество не купишь ни драгоценностей, ни экипажа. Мало того что ты всегда была робкой и тихой, Элеонора. Такты еще и безнадежная идеалистка. Мне жаль тебя. – Она вытащила сложенную стопку украшенного кружевами белья и швырнула туда, где стояла Нелл, так что белье пришлось снова аккуратно складывать. – Честных мужчин не бывает.